Из пепла возродится

– На Виринеино добро люди позарились, потому как она искушала их своими дивами и чарами. А более виновен тот, кто чистые души губит и в скверне их замарывает. Люди грешны, но Виринея грешнее. А остальные Святозары что?

– Глядя на гнев её, одумались семеро из двенадцати Святозаров, усмирили прочих, кроме Виринеи. С ней только Заккари хитростью справился. И тогда решили Святозары удалиться от людей, лишь с облаков взирать на них, а падших своих братьев и сестёр приговорили жить в человеческом обличии, пока не постигнут все тяготы смертной жизни.

Виринею же сбросили на тысячи витков в небытие. Очень опечалился Заккари участью подруги. Он покинул Святозаров, чтобы готовиться к возвращению Виринеи, когда она выйдет из заточения и родится в образе человеческого ребёнка. Матушка, а когда она вернётся?

– О том никому неизвестно. Но ждать каждый миг надо и готовой быть, не поддаваться скверне, чтобы не погубила падшая твою душу.

Зара задумалась, беззвучно зашевелила губами, загибая пальцы.

Вдруг спросила:

– Матушка, Святозаров же двенадцать было, а известно только о деяниях восьми. Что же остальные? Как звали их?

– Даже думать о них не смей! Для того и скрыты их имена, чтобы не призывали их люди к себе. Падшие ведь в человеческом облике по сей день среди нас живут и губят души. А уж чему они учили… Ох, Свет-защитой-будь! Заговорили о скверном, вот и принесло окаянную!

Брюква уставилась в оконце. Зара проследила за взглядом матери и похолодела: против окна стояла Горлинка.

Гордо вскинув голову, ведьма презрительно глядела на невесту своего любовника.

– Чего она вылупилась? Что я ей сделала? Будто сама свою долю выбрала!

Ведьма тряхнула чёрными косами, словно услышала слова соперницы, но от дома не отошла.

«Вот же бесстыжая! Хорошо быть гордой и красивой, когда не нужно под чепцом склоняться. Ей-то законы не писаны».

Горлинка до самого обеда стояла под окном. Брюква порывалась отогнать её кнутом, да Зара вцепилась в руку матери:

– Не надо, матушка, ведь наведёт напасть какую, оставь!

Слава Свету, Зазимок вернулся к обеду.

Завидев ведьму, забранился, а та рассмеялась ему в лицо и ушла прочь. В дом отец вошёл ещё свирепый:

– Гадина! Огненных дознавателей напустить бы на дрянь.

Пока Зазимок умывался, Зара шепнула матушке:

– А правда, почему Буран дознавателям о ведьме не скажет? Они бы забрали Горлинку, освободили Пламеня от её чар, и мне бы не пришлось замуж выходить.