Из пепла возродится

Ещё Заре вспомнилось, как однажды они с матушкой заблудились, когда по грибы ходили. Вокруг чужой лес, и холм над ним высился незнакомым склоном. По нему взобрались на вершину, чтобы осмотреться. Брюква, завидев Трихолмку в рыжей пыли среди выжженых полей, обрадовалась, а Зара оглянулась по сторонам и задохнулась от восхищения: кругом раскинулись зелёные леса, речка Серебрянка величаво сверкала под солнцем. У деревенского берега же она была мутной и в коровьих лепёшках. Забывшись, Зара выдохнула: «Как красиво там, где нет людей! Вот отчего Виринея на них разозлилась».

Впервые тогда материнская ладонь отхлестала Зарницу по губам. После Брюква плакала и заклинала никогда не говорить подобного.

Пламень, явившись после молитвы, не лёг с женой. Бросив тулуп на сундук, он устроился там.

Зара поднялась затемно, опередив появление свекрови с надзором, и отправилась в кухню помогать Радуге с завтраком. Утро было похоже на вчерашнее, с той лишь разницей, что Пламень молился и ел со всеми. Когда поднимались из-за стола, с улицы донеслись гвалт и улюлюканье.

Семейство Борщевиков вышло к воротам посмотреть, что случилось.

В сторону их двора брела галдящая толпа с палками, похожая в рассветных сумерках на ощетинившегося тёмного зверя. Впереди бледным призраком металась простоволосая нагая девица. Зара едва узнала в ней Капель, чьё опаление праздновали накануне.

Яблонька, завидев травлю, захлопала в ладоши:

– Смотри, Зарница, скоро и тебя так погонят. – Она слепила снежный ком, дождалась, когда опозоренная жертва подойдёт поближе, и запустила его, метя в лицо.

С противоположного конца улицы раздалось конское ржание и хлёсткие щелчки кнута. Зара обернулась. Навстречу толпе нёсся впряжённый в сани конь. Правила ими Горлинка, стоя во весь рост. Толпа бросилась врассыпную. На дороге осталась одна Капель. Она не пыталась спастись, лишь устало осела на землю. Жеребец снова заржал, вздыбился и опустил копыта рядом с распластанным перед ним телом. Ведьма подскочила к блуднице, укрыла её рогожей и потащила в сани.

Пламень кинулся было за ворота, но рука отца удержала его за ворот:

– Куда?! Ещё при народе нас не позорил. Быстро все в дом, нечего глазеть!

Переступив порог, Яблонька спросила разочарованно:

– Братец, зачем твоя гадина блудницу спасла?

У Пламеня глаза от ярости побелели. Зара испугалась, что он набросится на сестру, но Борщевик закрыл собой дочь:

– Слушайте все! Ведьма не спасла блудницу, а погубила её.