Из пепла возродится

Может, и вправду исцеление не в её силах. А может, слишком зла на них за то, что выгнали тогда. Или не хочет для Капели такого мужа.

– Да неужто той лучше изгнанной жить?

– Для Капели, может, и не лучше, только поди разбери, чего ведьма замыслила. А нам и вовсе нечего говорить об этом, чтобы на себя беду не навлечь.

Зара замолчала, только мысли не унимались. А чего бы хотела сама Капель? Обрадовалась бы она случаю стать женой того, которого любила так сильно? Или же обида на него была сильнее? Только что толку гадать? Ведьма за неё всё решила.

К исходу срока каждый день ждали возвращения мужчин. От забот теперь голова шла кругом. Только и делали, что прибирали в доме да обед на изготовке держали.

Зара с Радугой трясли половики во дворе, когда против ворот всхрапнул конь Горлинки. Ведьма подошла к калитке:

– Зарница, передай Пламеню, чтоб не ходил ко мне, пока свет в окне не увидит. Да, вот ещё. – Знахарка перекинула рукавицы через забор. – Забыл он в последний раз.

Горлинка забралась в сани. В них уже сидела Капель в пёстром платке вместо чепца. Зара собралась было подобрать рукавицы, но Радуга вскрикнула:

– Не трожь! Ох, беда-беда, Свет-заступник, заслони от напасти! – Метнулась к поленнице, принесла щепок. – Сходи за маслом, спалить надо эту погань зачарованную.

Рукавицы горели долго, чадя чёрным дымом. Радуга подкидывала в огонь сухие сучья и всё время благодарила Тринию за то, что вразумила оказаться рядом и защитить дом от колдовской порчи.

– Неужели никакой управы на чужачку бесстыжую нет?

Радуга застыла с веткой в руке:

– Ты не знаешь? Ведьма не чужачка – родня её тут живёт с тех пор, как Трихолмка в пять домов была. Витков сорок назад бабку Горлинки муж выгнал: пустой она оказалась. А в то время жила в лачуге у леса древняя знахарка – уж такая древняя, что даже старики её молодой не помнили. Она и приютила из жалости отвергнутую женщину. Учила её травы различать и снадобья из них готовить.

– Значит, не была она пустой?

– Выходит, что не была. Только всё равно дурной оказалась, вскоре бросила дочь Неждану на старуху и сбежала с любовником. Знахарка вырастила девчонку, но и на неё грех матери перешёл – полюбила она парня из деревенских, не сберегла себя, а он от неё отказался, опалился с другой, чистой.