Из пепла возродится

Он мягко скользил по волосам и словно протягивал за собой блик света. За расчёсыванием Пламень и застал жену, остановился, наблюдая заворожённо, протянул руку, коснулся пряди:

– Точно золото на плечи льётся…

И тут же отдёрнул пальцы, будто обжёгся. Весь подобрался, посуровел:

– Затуши лампы, я спать буду.

Зара послушалась. Пламень улёгся на сундук и долго ворочался. Всё же не выдержал и спросил:

– Ты Горлинку видела?

Зара не хотела говорить о встрече, но запираться смысла не было: ведьма сама расскажет, когда вернётся, и неизвестно, какими словами…

– Видела.

Велела передать, чтоб не ходил к ней, пока свет не зажжёт.

– И всё?

– Ещё рукавицы передала. Только… – Ох, придётся до конца сознаваться.

– Что?

– Мы с Радугой сожгли их.

– Зачем?

– Чтобы чары в дом не пускать.

Зара зажмурилась, ожидая мужниного гнева. Но он вдруг рассмеялся:

– Глупые бабы, некоторые чары в огне раскрываются, – затем отвернулся к стене и тут же захрапел.

Зарница же так и сидела, поражённая.

Выходит, ведьма власть над огнём имела, если он, вместо того чтобы очищать от скверны, служил для её тёмных дел.

Наутро Стужа заглянула с проверкой. Увидев сына с невесткой по разным углам, в сердцах хлопнула дверью:

– Не будет проку от этого опаления. Такой пустоцвет, что после разлуки к ней прикоснуться не тянет.

– Дай им время, молоды ещё, – ответил на ворчание жены Буран. – Через виток наберёт девка соков, тогда и посмотрим.

Глава 5. Обитель

По весне занемогла Радуга.

Поначалу Зара не придала значения внезапной тошноте: мало ли чего съела сестрица. Но недуг не отступал, каждое утро ей становилось дурно от запахов еды. Вскоре вся стряпня легла на Зару. А Радуга слабела и даже подурнела: румянец на щеках сменила бледность, по светлой коже поползли ржавые пятна, а под глазами легли тени.

Причина внезапной хвори Радуги раскрылась в начале лета. Как-то вечером за разбором счётовых книг Паводок сообщил Бурану:

– Батюшка, Радуга тяжёлая, к зиме ребятёнка ждём.

Тесно всем станет. Надо бы отстроиться нам да переселиться. Что скажешь, если дом, который у Смородинового пруда закладывался, подниму?

Стужа посерела лицом:

– Да что за надобность-то? Неужто дитя стеснит?

– Пока не стеснит, так ведь и стены не за день возводят. Там, глядишь, и у Пламеня мальцы пойдут.

– Ой, куда им…

– Помолчи, мать, – оборвал причитания жены Буран. – Такие дела мужам решать следует.