Паучиха. Книга II. Надя

Апатия, ставшая привычным состоянием после расставания с Исгаром, отступила.

Вера впервые за долгое время наслаждалась вкусом еды, запахами моря и костра. Роман травил байки о Карадагском чудовище, обитающем в подводных пещерах, Алла вскрикивала, изображая испуг, и прижималась к Славе. Скалы вторили эхом, множа звук её голоса.

Заглянувшая в бухту луна покрыла камни серебристым мерцанием, расстелила по чёрному атласу волн световую дорожку. Матецкая взвизгнула от восторга, сбросила одежду и прыгнула с выступа в воду.

Вера только ахнула.

– Ненормальная! А если там камни? – крикнула вслед.

Алла смеялась. Слава нырнул за ней. Помахав на прощание, они поплыли в открытое море.

Очарование развеялось от первых прикосновений. Руки Романа больше не соблазняли игрой. Ласки раздражали, казались назойливыми. Тело не откликалось на них. Вера покорно исполняла всё, что от неё требовалось, но не испытывала никакого удовольствия. Позже, когда любовник уснул, она слушала возню и стоны в соседней палатке и пыталась разобраться в себе.

Не о таком ли безразличии к сексу говорил Исгар? Дар настолько изменил её, что телесный контакт утратил всякую значимость? Вера попыталась вспомнить, как это было с демоном, и не смогла вытянуть из прошлого ни одной подробности. Живо представлялся экстаз, но участвовало ли в нём тело? Или оно наслаждалось упоением души?

Утром вернулись в Планерское. Мужчины надеялись на прощальное свидание. Вечером договорились встретиться в ресторане.

Выспавшись после бессонной ночи, Алла прихорашивалась перед зеркалом. Вера оставалась в постели.

– Ты чего валяешься? Давай собирайся, нам выходить через час.

– Ты иди. Я останусь.

– Рехнулась? Как я одна заявлюсь? Вер, признавайся, что не так?

– Да всё так. Просто не могу его видеть.

– Он что, обидел тебя?

– Нет. Это сложно объяснить. Да и ни к чему. В общем, можешь не тратить время на уговоры, иначе опоздаешь.

Ни мольбы, ни скандал с шантажом не помогли.

Обиженная Алла отправилась одна, пожелав напоследок, чтобы Веру заели угрызения совести.

На следующий день Вера не захотела идти на нудистский пляж. Матецкая смирилась с неизбежным и поплелась с ней на поселковый. Безропотно отзагорав в человеческом муравейнике, на обратном пути Алла разразилась упрёками:

– Какая муха тебя укусила? Приятный, обходительный мужик встретился, так получила бы удовольствие, а после разъехались без всяких обязательств.