Паучиха. Книга II. Надя

Незнакомец вручил подругам по коробке конфет, навис над столом, склонившись к Матецкой и что-то проговорил чуть не в ухо. За музыкой Вера не разобрала слов, но на просителя тот не походил: взгляд уверенный и чуть насмешливый, да и двигался без нервной суеты.

Как только мужчина отошёл, Алла брезгливо отодвинула вручённый им презент:

– Отдашь девчонкам.

– Кто это?

– Кирилл Викторович Вяземский, новый гинеколог. Переведён к нам из Горького.

– На заискивающего он не похож.

– Этот ещё хуже. До прошений не опускается, поскольку считает себя неотразимым, а женщины, по его мнению, спят и видят, как бы ему угодить.

– Не безосновательно. Он хорош. И как же ты должна ему угодить?

– Посодействовать в одном деликатном вопросе. Его сиятельство с позором выперли из партии. И вообще из города.

– Уж не за неугодное родство ли?

– Не смеши мои тапочки! Это не родство. Холопов по барину записывали. А в немилость он за моральное разложение угодил. Юноша наш амбициозен. Студентом соблазнил дочь ректора.

Когда выяснилось, что барышня беременна, её отец во избежание скандала устроил им свадьбу. Вяземский только того и добивался. Стараниями тестя успешно окончил ВУЗ и миновал распределения в захолустье. Но более в услугах благодетеля не нуждался. В продвижении по работе стали полезны другие люди. В один прекрасный день молодая жена заглянула в отделение и застала в объятиях любимого супруга его начальницу. Далее последовали скандал и развод со всеми вытекающими. Он, конечно, клянётся, что не делал ничего дурного, лишь частным порядком проводил осмотр коллеги. Дескать, тесть в запале использовал своё влияние, чтобы сломать парню жизнь.

– А если и правда просто осматривал? – Вера поздно спохватилась, что не догадалась посмотреть свечение гинеколога.

– Верочка, не будь наивной. Я навела справки. – Алла зашептала в ухо: – Представляешь, он привязал заведующую отделением, даму с сединами, к кушетке и хлестал ремнём по голой заднице.

Вера вдруг представила себя на месте этой дамы и почувствовала жар внизу живота.

Густо покраснела и поскорее увела разговор от порки:

– И что теперь?

– Да ничего. Восстанавливаем.

– Так ты ему веришь?

– Ни на грош. Но если мы будем раскидываться кадрами по всякой ерунде, из врачевателей в стране одни бабки-знахарки останутся.

Веру давно уже не удивляло лёгкое отношение Матецкой к супружеским изменам. Она и сама беззаботно окуналась в очередной быстротечный роман.