Час последнего патрона

 – Не скучно?

– Знаешь, не по мне такая жизнь, – заявил Шамиль и закрыл дверцу.

– Я знал, что ты так ответишь. – Вахид отчего-то обрадовался. – Давай встретимся. Разговор есть.

– Что-то мне подсказывает, что наш с тобой отдых закончился. – Шамиль напрягся, почувствовал, как забилось сердце. – Я угадал?

– Узнаешь! – с обнадеживающим задором ответил Вахид.

Они уже давно жили мирной жизнью, но между собой говорили по телефонам, которые побывали в одной из лабораторий ГРУ. Теперь эти «Моторолы» кодировали разговор.

Невидимые специалисты, работающие в отделе оперативно-технического наблюдения, находящиеся за тысячи километров, где-то в Москве, каждый месяц меняли ключ.

– Прямо сейчас еду! Только скажи, куда?.. – Шамиль торопливо завел двигатель.

Глава 4

Угроза депортации

Шум воды в трубе, спущенной в унитаз соседями сверху, вернул Берсу в реальный мир.

«А ведь они могли услышать крики и вызвать полицию!» – лениво подумал он, медленно встал с кресла и, осторожно ступая, вернулся в коридор.

Странно, но Сельма даже не изменила своего положения. Она так и лежала на полу, раскинув руки и ноги.

«Неужели убил? – подумал он, глядя на заострившийся нос и волосы, разметавшиеся по полу. – Не может быть. От одного такого удара еще никто не умирал».

Берса подошел ближе и заглянул ей в лицо. Он много раз видел смерть и ощущал ее на расстоянии по непонятному и необъяснимому внутреннему трепету.

Сейчас этого чувства не было. Однако имелась проблема в виде этой австрийской сучки, которая, придя в себя, наверняка заявит в полицию.

«А может, это и к лучшему? – неожиданно осенило его. – Точно! Неплохой вариант. Лучше сесть в европейскую тюрьму за нанесение побоев, чем получить пожизненный срок в России».

Берса отчего-то не верил, что умрет. Конечно, это случится, но очень не скоро. Возможно, его просто схватят, когда он будет ранен и уже не сможет отбиваться.

Его наверняка сдадут соседи, когда он выйдет из леса, чтобы проведать родных. Так было с братом и сотнями таких же моджахедов, как он.

Берса очень хотел жить и знал, что не будет убивать себя в случае чего. Он не раз примерял на себя роль шахида и прокручивал в голове варианты ее исполнения. Бригадный генерал мысленно оказывался в доме, окруженном со всех сторон кафирами, чувствовал жар горящего дерева, видел солдат, бегущих к нему.