Холодные голоса. Академия «Редкие дары»

Выверяла угол наклона каждого узелка на шее отца более часа. Надо отдать отцу должное, он молча терпел, ласково приговаривая:

– Милая Эли, может, отдадим предпочтение другому предмету туалета? Ведь ношение шейного платка – это всего лишь рекомендация, а не правило, – и так любяще на нее смотрел, что я немного смутилась из-за того, что подглядываю за родителями.

Закончив с постелью, Джия, как всегда, поинтересовалась моими планами на сегодня.

– Эйта Анна, вы сегодня пойдете на Праздник всепрощения? Говорят, на площади будут столичные музыканты.

Я совсем забыла, что сегодня праздник, но это не меняет моих планов по созданию нового средства от приступов.

– Нет, Джия, скорее всего, весь день буду в библиотеке. Так что обед можешь принести туда.

– Но как же…

– Все, Джия, если ты закончила, можешь быть свободна, – грубо оборвала я девушку на полуслове, но если ее не остановить, сама она этого сделать не сможет. Мне же каждая минута тишины – дар богов.

Сомнительная тишина, конечно.

Чужие эмоции и голоса при звуках дня немного меркнут, а иногда и вовсе пропадают, но всегда остается фоновый шум. В ушах шелест. Иногда такой звук, словно волны Белого моря накатывают на рифы. А бывает, стоит гул, будто ветер из самой Долины успокоения долетел до меня и гудит, гудит, гудит…

Глава 2. Праздник всепрощения

Не успела Джия выйти за дверь, как в нее без стука влетела моя сестра Матильда.

– Дорогая сестрица, я пришла первой поздравить тебя с великим праздником, – защебетала она мелодичным голоском, а я в очередной раз взмолилась богине, чтобы меня оставили в покое.

– Спасибо, Мати, и тебя с праздником. Прости меня, если я тебе когда-то грубила или не понимала тебя, – проговорила я общеизвестные слова извинения, тут же задумавшись, с чего вдруг сестра с раннего утра при параде.

Шелковое, цвета персика платье с оборками, которое она надевает только в особых случаях. К слову, у нас с ней всего год разницы, но иногда мне кажется, что я намного, намного старше ее.

– Прости меня, сестра, – начала она, – за то, что я лучше тебя. Что мне досталось нести бремя и вести наш род. Быть его продолжением, так как ты оказалась недостойна. – С каждым ее словом я сильнее сжимала кулаки. – Этот нелегкий труд перешел ко мне, твоей младшей сестре, чтобы я смогла еще больше возвысить нашу фамилию. Посему прошу простить меня, но мне придется рано выйти замуж. За маркиза Сейторского, наследника рода.