Возьми его, девочка!

Столовым ножом располосовал двери, переломал табуретки, побил стекла в дверцах буфета… Меня душила такая дикая ярость, что я почти ничего не соображал. И совсем не чувствовал боли. Рассадил руку в двух местах и заметил только тогда, когда начал поскальзываться на своей крови.

– И что было…

– Окончательно выбившись из сил, я покинул место преступления и вернулся только на следующий день, после того как мои родители подняли на ноги весь микрорайон.

– Ничего себе! – содрогнулась Вера. – И что было дальше?

– Меня показали детскому психологу.

– Только и всего?

– А ты чего ждала? – полюбопытствовал Алекс.

– Что ты получишь ремня по крайней мере.

Он усмехнулся, не отводя глаз.

– Что? – Вера слегка подтолкнула его в бок. – Не было такого?

– Нет.

– Ни разу?

– В детском и подростковом возрасте – ни разу.

– Рос, как сорняк, – продолжала посмеиваться Вера, видя, что он смущается, и получая от этого странное удовольствие. – Безобразие.

– Считаешь, это плохо?

– Считаю, это неправильно.

– А по мне лучше так, чем наоборот. Хотя чаще приходится наблюдать именно наоборот. Родители, озабоченные соображениями собственного удобства, чуть ли не с пеленок загоняют детей в какие-то нелепые рамки, изводят бесконечными нотациями и нравоучениями, самозабвенно бубнят о правильном и полезном, а ребенок до поры до времени вынужден приспосабливаться, просто потому что иначе ему не выжить. Повзрослев, от таких родителей он благополучно сваливает, а они начинают проливать горькие слезы и сетовать на извечную человеческую неблагодарность.

С небольшим опозданием она обнаружила, что упустила одну интересную деталь.

– Ты сказал, в детском и подростковом возрасте – ни разу. А позже, значит, было?

Он покачал головой, что можно было расценить и как отрицательный ответ, и как нежелание говорить на эту тему.

Вера не спускала с него глаз.

– Александр.

– Что?

– Ну пожалуйста.

Повернув голову, он уставился на нее с веселым любопытством.

– Что пожалуйста?

– Расскажи. – Она надела на лицо свою самую обворожительную улыбку, от которой его передернуло. – У меня ведь растет сын. Я хочу знать, как это бывает у мальчиков.

– Что именно? Знаешь, ведь у разных мальчиков «это» бывает по-разному.

– Ты много дрался?

– Пожалуй, нет. Но если дрался, то всегда до победы.