Время черной звезды

Протянув руку, я подставляю раскрытую ладонь. Змеиная голова совсем рядом. Тихо, тихо… осторожно… И вот уже я сжимаю повлажневшими от волнения пальцами драгоценный ключ. Он не похож ни на один из ключей, виденных мною ранее. Стоит моргнуть, сменить угол зрения – и это не ключ уже вовсе, а нож, рукоять которого напоминает… – Деметриос закрыл глаза, нахмурился, напрягая память, – существо с крыльями, телом человека и головой льва, вокруг которого спирально поднимается вверх змея.

– Айон! – раздался неожиданно громкий возглас.

Он открыл глаза. Одна из женщин, высокая, статная, настоящий воин с бюстом третьего номера, вскочила со своего места и шагнула вперед. Сидящие неподалеку коммандос встревоженно переглянулись, но промолчали.

– Да, – кивнул невозмутимо Галани. У него, в отличие от остальных, был вид человека, который услышал то, что и ожидал услышать. – Айон, солнечный бог, высший из митраистских богов, созидающий и разрушающий все на свете, символ бесконечного времени и долговечности.

– Солнечный бог, – пробормотал Деметриос, обращаясь словно бы к самому себе. – Аполлон?

– Вы мыслите в правильном направлении, – одобрительно заметил Галани. – Лев – зодиакальный знак, в котором солнце находится летом, змея же символизирует зиму и сезон дождей.

– Дионис.

– Дети одного отца. Вы правы, друг мой. Айон, этот львиноголовый бог, обвитый змеей, также символизирует единство противоположностей: света и тьмы, созидания и разрушения, мужского начала и женского.

Ключи Айона – это ключи от прошлого и от будущего.

– Ключи, – задумчиво повторил Деметриос. – Значит, есть еще один ключ?

– Верно.

– И теперь я должен найти его? Второй ключ.

– Да.

Вот он, момент истины. Сейчас или никогда – так, кажется, говорят герои приключенческих романов, собираясь сделать Самую Большую Глупость в своей жизни.

– Я готов.

Его безмятежный вид озадачил их, опять начались переглядки, но поскольку нужные слова прозвучали, медлить было нельзя.

У него ведь мог включиться здравый смысл – и как тогда втянуть его в задуманное бредовое мероприятие? Обе стороны понимали, что, соглашаясь на «поиски ключа», он превращает призрачную возможность в событие величайшей важности, но в чем состоит эта важность, было известно только одной стороне. Почему асимметричность позиций его не остановила? Позже он пытался реставрировать свои воспоминания, однако решающий момент, момент выбора, упорно ускользал.