В стране слепых я слишком зрячий, или Королевство кривых. Книга 3, часть 1

Невозможно, что после всего я ещё и…

Перед моим мысленным взором появилась Таня, какой она открыла мне дверь ночью накануне первого мая восемьдесят пятого года, распущенная коса, тонкая шейка, торчащая из слишком широкого свитера…

Как она спала в ту последнюю нашу ночь… Если бы она осталась до утра, осталась бы жива?..

Как мы шли в поместье ночью с мешком золота, и в темноте она взяла меня за руку. Маленькая холодная рука, она сразу согрелась в моей ладони…

Как мы сидели в подвале, пока дерущихся подростков растаскивала милиция, как пахли её волосы…

Как всё случилось в первый раз… как она притянула меня к себе, шепча:

– Валера… Валера… я так люблю тебя, я так…

Как я увидел её в больнице, когда Саша показал мне, что с ним «Снегуйка»…

Как она выскочила на замёрзшее крыльцо психиатрической в страшном линялом больничном халатике и носках…

Как…

Боже мой, вся моя жизнь – это ты, Таня, в ней помимо тебя вообще ничего нет.

Я тронул её руку…

И отдернул сразу…

…Только через пять дней нам позволили похороны.

Лётчика нигде не было, я не мог его найти все эти дни. Куда он делся, запил, что ли? Я и сам бы запил, если бы не мама, и теперь мне страшно не хватало его.

Громадная толпа, но всё же не такая большая, как на похоронах Книжника, собралась на Девичьем поле, проводить Таню и Марка. Закрытые гробы, из идеально полированного дерева, белый и чёрный, никакого пафоса, никаких прощальных слов тоже не будет, этого не вынесет никто из тех, кто пошёл на продолжение похорон, словно растянувшихся с ноября по январь.

Множество людей из модной и музыкальной среды, из наших, журналистских, камеры, а чуть поодаль – комментаторы, которые не стыдились вести репортажи, так же делали, когда хоронили Володю. Но сегодня болтунов больше, чем поклонников. На похоронах Книжника было море его фанатов, сегодня таких людей было значительно меньше тех, кто непосредственно был знаком с Таней, кто работал с ней.

Марка вообще знали очень немногие, а родных у него не осталось, каких-то дальних кузенов мы так и не доискались.

Здесь, и после, на кладбище, были Мэри, Вилор, Сергей Смирнов, Гарик Теребухин с красным носом, натёр соплями, похоже. Здесь были все одногруппники Тани, странно сбившиеся в испуганную стайку, они всегда были такими весёлыми в нашей компании, но ещё с похорон Володи, это стало не так.