В стране слепых я слишком зрячий, или Королевство кривых. Книга 3. Том 2

В этой кружке молоко с малиной оказались такими вкусными, вкуснее самых изысканных десертов, какие я пробовала в жизни.

Закончив с завтраком, я долго сидела на крыльце, думая, чем бы мне заняться, кроме приготовления еды? Ничего особенного, рисовать можно углём, ну вот этим и занялась, когда приготовила жаркое и сварила кашу. И когда Марат пришёл, мне не стыдно было его встретить.

– Суп варить не стала, нет ни лука, ни моркови… – улыбнулась я.

– Я привезу завтра.

После обеда Марат рассказал, что сегодня было в городе, что всё тихо, и что церковь никто не тронул.

– Наши настоящий кордон устроили вокруг неё, так что они и близко не подойдут, – добавил Марат.

– Хорошо, – обрадовалась я.

– Надо ведь как-то документы твои из дома забрать.

– Да, паспорт, полис, обменная карта… В роддом без полиса не возьмут…

– В роддом?.. – немного растерялся Марат. – А… что… скоро?

– Ну… не то что бы… в сентябре, – снова смущаясь, сказала я.

Он улыбнулся.

– Ну, тогда успеем ещё.

– Да…

Но мы не успели, «артисткин дом» сожгли вместе со всем, что там было. А потом в Шьотярве стало тихо, вся паласёловская банда с ним во главе уехала куда-то. Марат привозил новости из посёлка, куда ездил пару раз в неделю, а ежедневно на свой хутор, где у него были обязанности. Так мы и прожили целый месяц. И единственное, о чём я сейчас жалела, что не могу продолжить работу в церкви. Но там ничего не остановилось, Марат сказал, что приехали мастера краснодеревщики, приехали двое художников, и Сечел приезжал, и продолжили начатую мной работу.

Что ж, я дала им щедрый аванс, как обещала, мало где, я думаю, у нас художникам столько платят и пусть думают, что это Минкульт, очень даже хорошо…

Я не думала, что дальше, ясно, что теперь надо уехать отсюда, церковь не тронули, РОман, слава Богу, скрылся, я уехала бы в первые же дни, так и сказала Марату.

– Нет, Танюша, пока нельзя нам высовываться. Петрозаводск, да вся Карелия теперь принадлежит Максу, в какой бы городишко, куда бы ни сунулись, нас тут же «срисуют».

Это, Танюша, не мои слова, это Берта сказала.

– Ну не заезжать никуда до самого Питера. Только надо так, чтобы никто не заметил, что это ты мне помог. Иначе тебе будет не вернуться к семье.

Но Марат покачал головой:

– Танюша, я ушёл от семьи, я уже говорил тебе.

Я покачала головой.

– Ты нужен им, ты каждый день туда ездишь, потому что это ты им нужен, и они нужны тебе.