Байкал. Книга 3

А за Завесу ко мне когда спуститесь, оставив бренные тела на земле, я буду рада! А раньше времени не лезь, не нарушай порядка и вековечного покоя моего.

И захохотав, исчез…

Если Аяя жива, а она жива, то куда пропала, куда могла уйти, куда, если знала, что мы живы? Не хотела больше видеть меня? Потому и ушла? А если умерла?

Но Эрик, которого я ещё раз спросил об этом уже спустя несколько лет, ответил уверенно, что за Завесой её нет. Впрочем, замявшись, он признал, что Повелительница Той стороны сказала ему, что Аяина тень блуждала возле Завесы некоторое время, либо была больна тяжко, либо…

– Что? – нетерпеливо спросил я.

Он пожал плечами, сомневаясь:

– Быть может… желала смерти… Марей умер… али… – он взглянул на меня и отвернулся, словно не хотел произносить того, что сказал всё же: – али по тебе тоскует… ежли думает, что померли мы… – поморщившись, сказал он и отвернулся…

…Сказал, верно, потому что так думал. Искренность в этом далась мне тяжело, но сейчас, когда прошло несколько лет, в течение которых мы с Ариком не виделись, и ничего не знали об Аяе, произнести это было легче.

Я действительно успокоил своё сердце близостью к трону, хотя стал полноценным советником только со смертью моей дочери. Кассиан, в отличие от своего прадеда-тёзки, отодвинутого от него временем на тысячу с лишним лет, и приближен моим родством вплотную, был слаб и подвержен влиянию. Вначале влиянию Арланы, оказавшейся властной, сильной и, оказавшейся в своё время тени Могула только потому, что сильнее его вообще никого не было.

Но судьба так и не позволила ей выйти из тени, она последовала за мужем всего через два года, и я получил полную у власть, оказавшись к исполнению извечного своего желания царить близко, как никогда раньше. Кассиан во всём доверился мне, полностью переложив мне в руки бразды правления. Даже повзрослев, Кассиан жил своей жизнью самого обычного горожанина, только что обретался во дворце, восседал на троне в нужные моменты и говорил те слова, которые я вкладывал в его уста. В остальное же время он предавался охотам, и своей семье, женившись, он был очень счастлив, влюблён в свою жену, нарожавшую ему шестнадцать милых ребят. И так продолжалось пока уже сын моего внука не сел на трон. Но и здесь я остался там же, потом ещё сменился царь на троне…

Сколько прошло лет так? Сколько? Я не знаю, я опять перестал считать. Я успокоил свою душу тем, что, наконец, наслаждался тем, что, не называясь царём Байкала, на деле я им был.