Байкал. Книга 4

И только благодаря ему и тому, что он всё время повторял мне, будто вкладывая в мой ум свои слова: «Ты царь, Кратон, тебе не дана жизнь сердцем, скрепи его и вспомни, для чего ты призван на землю…»

Советники, и приходившие со своими чаяниями и вопросами, которые необходимо было немедля разрешать вельможи, воеводы, союзники, вроде Фарсиана, что явился снова за признанием за Уверсут и её нерождённым ещё ребёнком прав… Я долго смотрел на него и слушал, что он говорит, хотя его слова, влетев в мои уши, поболтавшись в опустевшей странным образом голове, куда-то выскальзывали, не оставляя следов в сознании.

Я спросил:

– Ты… как твоя жена, жива-здорова?

– Так, царь – ответил Фарсиан, побледнев от неожиданности, потому что до сих пор я не проронил ни звука.

– Ладно живёте с ней? – спросил я.

– Гневить Богов не стану, ладно живём, великий фараон.

– Так ты счастливый человек, Фарсиан… Что же ты, счастливец и баловень Богов, приходишь вынимать остатки души из меня, потерявшего всё, и единственную любовь, и единственного сына, наследника, свет моего сердца? Нет в тебе человеческого ничего?! Только бы взять своё?! Ты куда выше и ближе к царю, а значит, к Богам, чем весь остальной Кеми, но ты, неблагодарный, продолжаешь давить мне ногой на сердце и ядом пропитывать мой ум?! Уйди теперь же, Фарсиан, если не хочешь злого сердца моего испытать на себе!

Фарсиан отступил, бледнея.

Не знаю, что было на моём лице, но на него подействовало, наконец, почувствовав, что мой гнев может стоить ему не только жизни, но и опалы всему его племени, он впредь держал себя со мной очень осторожно, а я от себя его далеко не отпускал, сделав главным воеводой.

Уверсут постоянно присутствовала при мне, подучил ли её кто-то, или она сама была достаточно умна, но, уже сильно беременная вдова Гора сделалась мне привычной, как привычны становятся старые слуги или хорошо пошитые сандалии.

И, глядя на неё, я всё чаще думал, не поступить ли мне, как советовали и не раз многие и разные люди, включая покойника Рифона, взять Уверсут в жёны. Рифон… единственный, кто со мной вместе видел рождение Богини Аяи. Или Хатор?..