Байкал. Книга 5

Излишне говорить, что было дальше, и я думал, до чего мне стыдно, что я жду, пока она уснет, чтобы тихонько разбудить Рыбу и Дамэ, и вместе утечь отсюда… Стыдно, ох, стыдно быть таким, изменять самому себе…

Но так мы и сделали, все трое тихонько, стараясь не шуметь и даже не делать лишних шагов внутри чума, вышли наружу под снегопад.

– Я возьму собак, – сказал Дамэ.

– А я сани, я видела, где они их ставят. Ты, Эрбин, шкур и шуб возьми побогаче, иначе околеем дорогой. И оружия тако ж…

– Не учи учёного, чай не первый год скитаюсь.

Я взял всего, что полагалось, прихватил к тому же припасов, потому что в такую пургу нам долгонько придётся ехать, прежде чем мы сможем поохотиться. Пока мы так поспешно собирались, из чума незаметно выбрался Агори. Укутавшись с головой в одеяло из серебристой лисы, он, спеша и спотыкаясь, подошёл ко мне.

– Эрбин… великий кудесник, не хочешь со всеми? Ты… бежишь? Почему? – проговорил он, тронув меня за плечо, держась за края одеяла.

– Мне не по пути с ними.

– Тогда и мне не по пути.

Возьми меня с собой? – Агори заглянул мне в глаза просительно, но не униженно.

– Возьмём? – сказала Рыба, кивнув на сани, уже готовые отправиться.

Я посмотрел на Дамэ, привязывавшего упряжку собак, вовсе не расположенных ехать куда-либо в такой буран. Он только усмехнулся, кивая. Расспросить его надо, что он думает об Арике и преображении моего брата, вся эта дьявольщина по его части всё же…

– Только мигом, молодец, без порток не повезу – страм. Так что давай, напяливайся и в сани щас! – сказал я, отвернувшись, даже смущаясь его щенячьей радости, с которой он кинулся в чум.

– Да тише, скаженный! – засмеялась Рыба, глядя на него. – С виду маленький, а ходишь, истый медведь.

Мне кажется, еще немного и она дала бы ему леща, так ласково она смотрела на него. Уехать немедля – это правильное решение, вот только бы ещё злато из пещеры забрать, сразу не подумал я…

Я сказал об этом Дамэ.

– Заберём, – сказал Дамэ, не раздумывая. Хорошо иметь с ним дело…

Трудненько оказалось в пургу, завладевшую окрестностями, добраться до высокой скалы, где была пещера.

Но мы добрались, и с лучами рассвета я вошёл в пещеру, откопав вход, снова засыпанный снегом. Остальные вошли за мной, не желая оставаться снаружи.

– Почему ты сразу не вспомнил об этом? – с досадой проговорила Рыба, войдя и отряхивая снег.

– Забыл. Кто тогда думал о злате? – сказал я, пожав плечами.

Не тратя времени, я зажёг факел и пошёл к своему тайнику.