МилЛЕниум. Повесть о настоящем. Том 4

В свою комнату пустишь меня?

– Господи, Люся…

– А кстати, чем у Лёньки кончилась та история с Олей и ребёнком? Он алименты платит или участвует? Как ты простила-то его?.. хотя вы тогда… Я не смогла бы, наверное, так гулять – одно, а ребёнок…

– С ребёнком… – я даже забыла, так давно это всё было, так далеко сейчас от меня. – Не его ребёнок. Она обманывала. Замуж вроде вышла уже.

Люся рассмеялась невесело:

– Во как! Уметь надо! А мы-то лохушки провинциальные…

И вот тут появился Лёня. Он шёл к нам, немного бледный и, очевидно, во власти каких-то пока мне непонятных злых эмоций, потому что прятал сверкающие глаза, он сверкал ими издали, когда только увидел нас, но приблизившись, погасил взгляд.

При Люсе не хочет ругаться или просто передумал? Или мне мерещится, что он хотел ругаться?..

Заплакал Митя и я затрясла, качая, коляску, глядя на мужа:

– Ты что?

– Темно почти, решил встретить вас, – сказал он, но, будто, сквозь зубы. – Привет, Люсинда.

– Привет-привет, – блёкло улыбнулась Люся.

 – Я пойду, ребята, замёрзла. Да и свекровь не любит, если я вовремя не прихожу домой.

– Люсь… ты… не руби с плеча, не спеши! – беспомощно сказала я, немного недовольная, что Лёня помешал нам закончить разговор.

Люся только улыбнулась в ответ, обернувшись через плечо.

– Что ей не рубить с плеча? – спросил Лёня, когда Люся уже порядочно отдалилась.

– Юрка… в общем, у них третий лишний, Люся думает, что она.

Лёня пожал плечами:

– Я давно не видел Юрку, – немного рассеянно проговорил Лёня, не глядя на меня.

 – Как отпраздновали после приезда рождение Мити, так и… Что он… но это несерьёзно я уверен, он Люсю любит… А может, вообще ничего нет, а ей наврали? – кажется, он рад говорить о чужих проблемах. Хорошо, что они не только у нас…

– Я тоже надеюсь. Не хотелось бы, чтобы они разошлись, – мы смотрели вслед уже почти не видной в сумерках Люсе. – Почему вы не играете давно? – спросила я.

– Все заняты, работа, семьи… Может, стареем?

Я засмеялась:

– Конечно!

– Давай возьму его на руки, может, не будет так орать? – сказал Лёня, не смеясь, подходя к коляске сбоку.

Чем он так озабочен, не могу понять…

– Да домой надо, что уж…

– Вот я и понесу. – Лёня посмотрел на меня, словно хочет увидеть что-то, что я прячу от него.

А я смотрела, как он достаёт Митю, в виде пухлого орущего кулька, на его руках малыш сразу начал успокаиваться. Митя любит его руки даже больше, чем мои.