В стране слепых я слишком зрячий, или Королевство кривых. Книга 2. Том 2. Обвал

– Ты думаешь… он отмывает деньги? – спросил я, удивляясь, неужели этот красивый московский парень, мой ровесник, между прочим, с такими длинными белыми пальцами, изысканно утончёнными чертами лица и белокурыми волосами, вот такой весь… не знаю, художник может быть, участник изощрённых и даже извращённых оргий, вполне могу представить, даже наркоман, это тоже подходит, но отмывать деньги мафии…

На мой вопрос Костин кивнул.

– И чьи? Ты знаешь?

Костин только загадочно скривил рот.

– Ты не поверишь, Платон.

Свои.

– Не понимаю… какие свои?

Костин пожал плечами.

– Если бы кто-то знал, он, наверное, уже сел, хотя… Короче, никто не знает, чем конкретно он занимается, никто не брал его в разработку. Он проходил только как родственник по делам смертей его дедов и бабок.

– Ну да… об этом я слышал, – вспомнил я, рассказывала Таня, сам Марк тоже упомянул и не раз, вся эта история была тогда ещё свежа.

– И что, он имеет отношение?

– Не думаю, – Костин закурил следующую сигарету. – Хотя ему прямая выгода, он наследник.

Но я не думаю, что Марк Лиргамир это провернул, там если и убийства, то это работа суперпрофессионалов, которым твой зять, конечно, ещё стать никак не мог успеть… хотя… кто знает.

– То есть Марк Лиргамир… тёмная лошадка? – разочарованно спросил я.

– Кроме того, что он голубой я ничего определённого о нём не скажу. И что твоя сестра… хотя он смазливый, может, втюрилась, дурёха, и надеется на путь истинный его вывести, знаешь, как бывает у девчонок: «Он меня любит, ради меня весь мир забудет»?.

. Хотя она и не такая наивная, думается, за границу ездила работать уже два раза, пара месяцев целое состояние в кармане, у нас-то столько заработать, это, я не знаю, кем быть…

– Но Марк зарабатывает больше?

– Ты спросил бы.

– А я и спросил. А он сказал, что дедово имущество проживает. Врёт.

– Врёт, – кивнул Костин. – И квартиры, и то, что в них никто ничего не тронул до сих пор, на охрану поставлены, как законсервировал. Даже дача… Он… я думаю, теневик какой-то, Платон.

Мать во Внешторге, он ещё несколько лет назад оседлал торговые потоки.

– И что? Не понимаю…

– Раньше, при совке с барыгами всевозможным сотрудничал, за определённую мзду, теперь фирмы-посредники существуют на подставных лиц, а на деле – его. Сеть только ширится. Но… ничего преступного. По крайней мере, пока. Между прочим, если бы ты не просил, я вообще ничего не знал бы о нём, нигде он не фигурирует, о нём никто не знает.