Золото. Том 5

Или ты на то и рассчитываешь? – ещё больше разозлился я, ведь и вправду может…

– Нет. Я не помру, – очень тихо и слишком спокойно и уверенно для ночного разговора на ветру проговорила она. – И ушла, чтобы быть живой, чтобы Ориксай был жив, и его наследники. Без меня у них и руки развяжутся, и злости достанет, глядишь против ворогов.

Я ничего не понял, решил, что она бредит.

Хотелось бы мне бредить. Хотелось не думать о том, что думает сейчас обо мне, подлой твари, Орлик.

О, нет, я не думаю о тебе, как о подлой твари.

Я думаю о том, как ты рискуешь сейчас, одна, без охраны, с этим вихрастым скоморохом Лай-Доном, который и от комаров-то защитить тебя не сможет.

И всё же ты понесла. Ладо, но почему же не сказала? Ты приехала в Каменистый вал проститься. Не сказала, знала, что тогда все узнают сразу. Боялась за меня.

Ладо, ах, Ладо… Вот же счастье, наш сын будет как ты, сильным и умным, и таким же красивым, а после ты народишь мне дочерей, своих копий, чтобы твоя краса навеки впечаталась в будущее.

Только не пропади, Ладо. И ты, Белогор, не оплошай со своим чутьём, найди её… Этим начинались и кончались все мои молитвы. Каждую ночь. Каждый полдень.

Яван побывал у Доброгневы. И рассказал о том, что было.

– Она очень зла. И стала куда опаснее, чем раньше, Белогор очень ошибся, что не дал убить её.

Это было самое жуткое свидание в моей жизни. Доброгнева по-прежнему прекрасная, сегодня пугала меня своей красотой.

Я ловил себя на мысли, что передо мной демон, забирающий души мужчин. Что этот демон потому и наделён такой красотой, чтобы надёжно прятать за нею страшное нутро.

Но тогда как объяснить куда более пленительную красоту Онеги, ведь она-то точно не демон, она – рай, сошедший в мою жизнь, даже мои страдания по ней и то – рай, какого я не знал до неё в моём холодном сердце. И Онега нутра не прячет, потому и затягивает так сильно и невозвратно.

А Доброгнева… Она встретила меня сегодня с усмешкой:

– Что Яван Медведь? Предал меня, значит? Тоже за этой белёсой сукой потянулся? Неужто у ней между ног слаще?

Я ничего не ответил на эти слова.

Я думал, как Доброгнева может дружить, а они были с Онегой дружны с детства, это для меня стало очевидно, когда я увидел их встречу, там, в Ганеше. Как Онега прильнула к Доброгневе, это были привычные и милые ей объятия. И она, так тепло обнимавшая Онегу, так ненавидит её на деле.