Золото. Том 5

И я не могу вновь войти в это соприкосновение с Авой, как было накануне… как я ни силюсь, как ни напрягаю внутренний голос, как не рвусь, ничего не выходит… Эта моя боль – это её… ну так услышь меня! Зачерпни моих сил полной горстью! Справься, отгони немочь! Отгони морок! Ава! Услышь меня! Боже, помоги мне, помоги мне добраться до неё. Помоги протянуть руку через расстояние. Если она выдержит, я поспею, я спасу её…

Поверить невозможно в то, что произошло. В то, что Онега попалась мне и так быстро, мы ещё не дошли до Севера.

Это же надо: сама приехала в мои руки. Как тут не верить в провидение и в то, что оно на моей стороне.

Ратники положили её на моё ложе. Я холоден был к женщинам. Ко всем, кроме неё. Я всегда думал, что проживу счастливую спокойную жизнь, пока не увидел её впервые. И с того началось моё безумие. Все мои планы на жизнь – всё рассыпалось.

Я отлично осознаю, что одержим ею. И то, что я натворил в Ганеше малая часть того, на что я ещё способен в моей ненависти.

Я надеялся найти её. Я шёл на Север, найти её. Я обыскал бы все углы, но нашёл бы её. Я убил бы любого, кто помешал бы мне насладиться моей местью. Моей ненавистью и моей любовью. Ибо я люблю её… как ничто.

Все мои чувства только о ней. Хорошие и плохие – все о ней.

Я вижу волшебный закат, я думаю о ней, я вижу прекрасные цветы, я думаю о ней.

Я слышу чарующую песню, я думаю о ней.

Я чувствую аромат цветов и трав и думаю о ней…

Я вижу кровь и боль и думаю о ней.

Я чувствую запах крови и смерти – и думаю о ней.

Я вижу экскременты и нечистоты, проституток и калек и тоже думаю о ней.

Нет и мига моей жизни, когда я не думал бы о ней.

Я засыпаю, думая о ней.

Я просыпаюсь со вкусом её губ…

И вот она на моём ложе. Безучастная и спокойная, погружённая лихорадкой или слабостью в забытьё. Разве важно, чем? Важно, что теперь она в моей власти.

Я долго смотрел на неё. Я так долго шёл за тем, что я получил.

Так долго, что не могу поверить и насладиться этим. Хотя бы прикоснуться к ней.

Я не ожидал получить её такой. Я привык к битвам с ней и теперь готовил себя к тому же, не к этому. Не к тому, что она вот так будет лежать, распластанная, передо мной…

Солнце стало клониться к закату, а я ещё не коснулся её. Я отказался от трапезы. Я не пошёл на совет воевод. Расскажу Гордоксаю позднее, он поймёт и извинит своего воеводу.

Я подошёл к ложу.