Наперекор судьбе

– Да!

– Вы сильно его любите? – Тимур внимательно посмотрел на Елизавету, казалось, пройдет вечность, прежде чем она ответит, но спустя мгновение она ответила, глядя ему в глаза.

– Конечно, нет! – Твердо заявила она. – О боже, у меня, что на лбу написано, что я люблю Дмитрия!? Или просто Тимур такой проницательный!? – подумала Елизавета, становясь пунцовой.

– Простите меня, просто мне было интересно. Но все, же мне кажется, что этот Дмитрий вам очень дорог.

– Он мой друг, мы поссорились немного.

– Мне кажется, что о друге так не спрашивают, а тем более, если вы в ссоре.

– Может быть, это у вас в Англии так заведено не волноваться о друзьях, даже если вы в ссоре, но у нас в России все совершенно по-другому. – Спокойно ответила Елизавета, опуская взгляд.

Спустя два часа они подъехали к дому Афелии.

– Так значит здесь, живет Розалинда? – Спросил Тимур.

– Да, я сейчас вернусь, только заберу вещи.

Не успела Елизавета открыть дверцу машины, как Тимур взял ее за руку.

Елизавета посмотрела на него удивительным и чувственным взглядом, но не смогла ничего сказать. Взгляд, которым он одарил Елизавету, обжог ее, словно удар молнии.

– Я пойду с вами и помогу вам!

– Как пожелаете. – Улыбнувшись, сказала Елизавета, молясь про себя о том, чтобы он скорее отпустил ее руку, а иначе она за себя не отвечает. Тимур отпустил руку Елизаветы и поспешно выбрался из машины. Елизавета подошла к дому и открыла дверь ключом.

– Проходите, пожалуйста! – Сказала Елизавета, придерживая дверь.

Тимур вошел в дом и внимательно осмотрел прихожую, но ничего не сказал.

– Пойдемте в мою комнату. Я быстро соберу вещи. – Снимая шубку, проговорила Елизавета. Она повесила шубку, и они пошли в ее комнату. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, Тимур тихо проговорил: – Домик не большой, но уютный.

– Моя тетя Афелия с любовью его обставляла мебелью. Когда любишь свой дом, то в него и душу можно вложить.

– Вы совершенно правы.

 – Тимур шел за ней следом. Вдоль коридора на стенах с обеих сторон висели портреты женщин. Тимур осмотрелся и спросил;

– Кто все эти женщины?

– Это мои родственницы. Елизавета подошла к первому портрету. Портрет был довольно старым. Елизавета коснулась легким касанием золотой рамки портрета и произнесла, не отрывая взгляда; – Это моя прабабушка Кармен. Тимур внимательно посмотрел на женщину, смотрящую на него с холста, но не прокомментировал.