Секс, любовь, шизофрения?

У него глаза округлились:

– Ты чего себе понапридумала? Ну, два дня мне было нехорошо и все.

Говорил, что со мной нет проблем и нервов, есть озабоченность, как найти дорогу к его детям, в отношении меня. Сказал, что восхищается мной и удивляется, как я веду себя дома, что у меня через две минуты могут появиться готовые котлеты на столе или отбивные за десять минут. "Ты метеор”, – смеялся он. И еще говорил, что, если бы ему раньше сказали, что существует женщина с такими качествами, как у меня, ни за что бы не поверил.

Ну и слава Богу, что все так.

В пятницу после работы встретились опять в Манхеттене и гуляли до ночи пешком, машину припарковали: там Неделя высокой моды, так интересно все, да и вообще везде красота, и жизнь прекрасна.

В следующие выходные поехали в гости к его двоюродному брату. Дорога заняла более двух часов туда, а обратно и того больше. Я была расстроена новостью, полученной утром. Оказывается, он едет вместе с внуками и бывшей женой в Доменикану. Я огорчилась страшно, но он сказал, что путевки куплены еще в марте, когда мы были незнакомы.

Я переживала, и милый пребывал тоже не в духе. Причина его мрачного настроения мне казалась совершенно непонятной. Он даже не разговаривал, что было совсем несвойственно для поездки за город. Машину гнал, будто она ракета, а не автомобиль, и сколько я ни просила сбавить обороты, он молчал и жал на газ. На обратном пути мои нервы не выдержали, и я прямо на ходу перелезла на заднее сиденье.

Там сжавшись в комочек и молясь об успешном завершении пути, задала вопрос, внезапно пришедший на ум.

.

– А вы в одной комнате спите с женой на отдыхе?

– Да, – коротко ответил он.

Его ответ был равносилен нокауту. Как же так?

Меня словно размазали по стене. Я вжалась в кресло и горе вместе с ужасом, превратившиеся в моем воображении в страшное существо, охватили меня своими щупальцами.

Когда вошли в квартиру, я сразу ушла в спальню и не выходила. Через несколько минут он буквально ворвался с немым вопросом на потемневшем лице.

Я гладила его рубашки. Показала язык и отвернулась. Просветлев, вышел также молча. Может он подумал, что я собираю вещи? У меня в тот момент таких мыслей еще не было.

За неделю острота новости о поездке сгладилась. Был вечер пятницы. После вкусного ужина Лев улегся на диван, места на котором для меня не было, а развернуть эту «книжку» он и не думал. Я подтащила поближе плетеное кресло-качалку и уселась рядом.