Мое последнее желание

На самом деле мне не хотелось идти к магу, ведь их всех считают преступниками, мошенниками и вообще опасными людьми. Доверять жизнь отца малознакомому человеку, которого наверняка неспроста считают опасным – очень сомнительная инициатива.

Я приблизилась к сестре и тихо произнесла:

– Может, правда пока не стоит? Вдруг мама права и у отца просто жар из-за солнцепёка?

– А что, если ему резко станет хуже? – на глазах Оливии навернулись слезы, она быстро поморгала, чтобы скрыть их. – А так мы хотя бы узнаем, действительно ли он сможет приготовить лекарство.

И все же я была не уверена.

– Я слышала, что один ТАКОЙ держал в рабстве девушку. Вроде как он опаивал ее каким-то отваром, из-за которого она была от него без ума.

Зрачки сестры сузились и стали напоминать две булавочные головки.

– А вдруг это просто сплетни? – неуверенно промямлила она. – Ты же знаешь, какой у нас народ.

– Я еще слышала, что одна магичка отравила царя из соседней страны. И сделала яд таким, что он действовал, только если коснется губ определенного человека.

И отравила его на свадьбе, когда тот должен был жениться на дочери влиятельного герцога.

Оливия резко выдохнула, отпрянула назад и принялась размышлять. Было видно, мои слова возымели нужный эффект, но я также отлично знала сестру, поэтому понимала, что ее так просто не напугать и она не сдастся. Но если у нас и был характер мамы, то у Оли в отличие от меня не было понимания, когда нужно остановиться.

– Мы будем крайне осторожными, – выдала она решение.

 – Откажемся от еды и воды, если предложит. И будем держаться на расстоянии.

Послышались шаги на лестнице. Оливия отвернулась к младшей сестре, которая уже закончила есть бутерброд и требовала к себе внимания.

Мама зашла в комнату и первым делом оценивающе посмотрела на нас с Оливией. И что-то в ее глазах промелькнуло, то ли догадка, то ли подозрение, но лишь произнесла:

– Я дала папе лекарство.

– И как?

– Скоро ему будет легче.

Но, ни через пару часов, ни пару дней лучше ему не стало.

Еще сильнее поднялась температура. Его постоянно знобило и трясло. Вскоре кожа начала покрываться странной коркой, а из ушей течь гной. Отца навестил лекарь и вынес вердикт, после которого жизнь мой семьи перевернулась вверх дном.

Глава 3

Сквозь сон я почувствовала, как кто-то схватил меня за плечо и принялся трясти, пытаясь разбудить.

– Проснись, – прошептали у самого уха. – Давай же, Ри, просыпайся.