Плата за жизнь

Кивнула, так как за голос совсем не ручалась. – Тогда чего ты так боишься, что сердце колотится, как сумасшедшее?

Сглотнула комок в горле, но не смогла придумать никакого объяснения. Рука, что ласкала грудь, спустилась ещё ниже, погладила живот и скользнула к промежности. Алексей замер, почувствовав, как там сухо. Ничем не показав недовольства, он ненадолго отстранился, чтобы забрать с покрывала анальную пробку. Вернувшись, поцеловал мою шею, снова и снова, задевая нежную кожу едва наметившейся щетиной. А в это время его пальцы играли с клитором, возбуждая меня чувственными ласками.

Холодный металл прошелся по складочкам, собирая появившуюся от его ласк влагу, и мягко ткнулся в колечко. Заставила себя расслабиться, хотя это было нелегко. И вскоре игрушка уже была внутри, заставляя меня ерзать в поисках более удобной позы. При этом ягодицами я терлась о пах Алексея, чувствуя его возбужденное состояние. В итоге он не выдержал и отошел. Я же буквально чувствовала, как его взгляд скользит по моему телу. Или я это фантазировала, пока он раздевался?

Порку он начал стеком.

Первое его соприкосновение с кожей только добавило мне возбуждения. Девайс вновь и вновь рассекал воздух. Каждый удар заставлял невольно напрягаться, отчего давление пробки возрастало. Вскоре я уже тихо стонала от острых ощущений, не имеющих отношения к боли.

Положив стек обратно на кровать, Алексей подошел ко мне и провел рукояткой плети по груди, животу, промежности. При этом он пристально изучал мою реакцию. Страх все ещё оставался, но под завесой возбуждения он отодвинулся на второй план.

Удары плетью ощущались сильнее, и возбуждение уже не всегда могло перекрыть боль. Но я терпела. Пусть это будет моим наказанием за то удовольствие, что я получала от секса с Алексеем. Заодно может и мозги встанут на место.

Пропустила момент, когда он сменил плеть на более жесткую. Первый же удар выбил из легких весь воздух. Плеть снова свистнула, обжигая истерзанную кожу. Из моих губ вырвался крик, из зажмуренных глаз хлынули слезы.

Снова свист плети, и я кричу от боли.

– Я ведьма, ведьма! Пожалуйста, прекрати! Я ведьма! – с трудом прохрипела я, давясь слезами. Рукоять плети ударилась об пол. Спустя секунды Алексей уже расстегивал браслеты на руках. А после горячие руки скользнули по обнаженному телу, поднимая меня и прижимая к груди.

В эту ночь он был как никогда нежен и предусмотрителен со мной. Зацеловал меня просто до смерти, хотя до этого редко баловал меня поцелуями в губы.