Той-дракон в Скифии

– Это был удар ниже пояса, ты ранила меня в самую душу,– Бат скорчил трагическую гримасу.

– Вот. Я давно предполагала, что у тебя душа ниже пояса сосредоточена!

– Так мы перепираться будем или Лилию распутаем? – поинтересовался парнишка и начал выбирать сеть. Девчушка, запутавшаяся в сети, была младше остальных, губки надула и глаза заплаканные. Бат сноровисто высвободил ее из сети.

– Теперь ты должна мне полную сетку рыбы, а то мне гостей кормить нечем,– с притворным возмущением заявил Бат. Девушки развернулись и нырнули в темную воду омута, плеснув на прощание серебристыми хвостами?

– Бат!? У них, что хвосты рыбьи? Кто это был? Бат!

– Да это они так, понтуются.

Они нормально ногами ходить могут. Ну и с хвостами тоже, конечно, плавать то с хвостом, куда ловчее. Русалки это, ты не понял что ли. Это место такое, видишь медвежья гора рядом. Народ здесь не часто появляется, поэтому нечисть всякая себя здесь вольготно чувствует.

– А ты сам Бат? Ты человек?

– Да был человек, а теперь и сам не знаю.

Но это история длинная и невеселая. Будет время и настроение, расскажу как-нибудь. Не парься, как ветер дунет не исчезну. Это они из вредности так говорят.

Донку Бат ставил ниже по течению. Тут никаких сюрпризов не было, паренек вытащил здоровенного леща. Когда товарищи уже подходили к лесному домику, девичий голос окликнул их от реки:

– Возьмите-ка сеть, ребята, – бледное личико выглянуло из прибрежных кустов.

– Вот это дело,– говорил довольный Бат, принимая сеть полную рыбы, – и сетка нашлась! А то говорили, что лось на рогах унес, врушки! Я то, конечно, не поверил, но с сеткой уже попрощался.

И тут ты с подарочком. Спасибо тебе, милашка.

Милашка засмущалась и скрылась в родной стихии.

– Теперь есть чем питомицу кормить. А вот и она легка на помине.– проговорил Бат. Скиф обернулся. На крыльце стояла красивая молоденькая девушка. Ветер легонько играл ее пшеничными волосами. Жуткие раны затянулись тонкой розовой кожицей, а на месте отрубленного пальца начал отрастать новый крохотный пальчик.

А какие у нее глаза! Огромные зеленые в обрамлении длинных черных ресниц. Антону казалось, что девушка смотрит ему прямо в душу, даже голова закружилась. Голова сильно кружилась, а чей-то напористый голос, настойчиво зазвучал у Скифа в голове:

– Это все цветы, и их мерзкий запах! Мерзкий запах от этих отвратительных цветов, окружающих домик. От этого запаха перехватывает дыхание и слезятся глаза.