Последняя попытка

Только ты  далеко не отходи от меня. – со стоном потянулся к плащу.

– Пусть он лучше просохнет, – снова влезла девушка. И поспешно повесила его на относительно целый стул, придвинув его к камину.

А после натянула капюшон своего тонкого тряпочного плаща и двинулась к выходу. Я поспешно вытащил дублет  и накинул его.

Отходить далеко от хижины не стали. Собрали по охапке хвороста и поспешили в дом. Вот только на пороге девушка замешкалась.

– Я там пару грядок увидела. Хочу посмотреть, вдруг что-то полезное найду.

Вам нужно какие-то жаропонижающие травы заварить.

– А ты в этом разбираешься?

– Немного, – задумчиво протянула девушка. – Меня в детстве травница учила. Потом, правда, отец запретил мне ересью заниматься. Но кое-что я помню.

Я посмотрел в синие глаза девушки. Что это? Забота? Или расчет? Интересно, она понимает, что без меня ей в Камелот не добраться?

– Посмотри, – хмуро бросил я и, удержав её за руку, протянул ей кинжал. – Только недолго, твой плащ уже насквозь промок.

Я разложил хворост рядом с очагом, чтобы он хоть немного просох. И занялся обедом. Точнее достал немногочисленные припасы: пол краюхи хлеба, сыр, копченные окорока, несколько кусочков вяленного мяса, яблоки. В сумках обнаружил ещё крупу и соль. Интересно, Гвиневера умеет готовить? Или только гобелены обучена вышивать? Если умеет, то можно попробовать попозже на охоту отправиться. Ночевать уж точно здесь будем.

Я в предвкушении посмотрел на единственную узкую койку в углу. И тут же мысленно дал себе затрещину.

Рано я размечтался. Наверняка отправит мен спать на пол.

Вернувшаяся Гвиневера походила на мокрую кошку. Сложив травы на лоскуты от рубашки, она поспешно сняла плащ. Вот только и под ним одежда была промокшая. Под моим взглядом, Гвиневера поежилась и поспешила прикрыть грудь скрещенными перед ней руками.

– Тебе нужно переодеться, иначе сама простынешь, – хрипло сказал я. И направился к сумкам, чтобы достать что-то подходящее для неё.

Моя туника ей примерно до колен будет.

Но и брюки предложить надо, а то вдруг ей стыдливость не позволит расхаживать в одной туники.

– Отвернитесь, – попросила девушка, снова ежась под моим взглядом. Я послушался.

– Всё с себя сними  и развешай на стуле, – непререкаемо заявил я. – Плащ можно на хворост положить.

– А мы разве на «ты» переходили? – возмущенно спросила девушка. Забыв обо всем, обернулся, чтобы посмотреть в синие глаза, да так и остался стоять с открытым ртом.