Матрёшка. Перезагрузка

А вот как раз и Низова, слышу-слышу, подгребла, «звезда» созревшая, У меня под окном. С Легычем обжимается.

Олег. Симпатичный, уверенный. Король нашего занюханного двора. У него такие ресницы, когда мимо иду, даже боюсь смотреть. Глаза кажутся чёрными-чёрными издалека. Низова недолго ломалась. Я же слышу – и всё, что болтают, и как она матерится, чтобы парням понравиться. А они потом её обсуждают: «Низова всегда сверху». Зачем я это слушаю? Противно.

Скорее закрываю окно, шторы задёргиваю.

Чтобы не видеть, как им хорошо. Весело как. Чтобы не признаваться, что мне тоже хочется с сильным и надёжным идти по весенним улицам. И он будет обнимать, и не так холодно в тонкой весенней курточке, не так пронизывает ветер. Вот это и пугает – значит, я такая же, как они все? Такая же, только с огромным носом.

Саша

Саша стоял с парнями, как обычно, во дворе. Под гул и смешки парней местный алкоголик неровной траекторией подбирался к их компании. Подошёл, выбрал позицию поустойчивее.

Даже с каким-то достоинством в мутном взгляде утвердительно прохрипел:

– Докурить дашь.

Легыч расплылся было в улыбке, чувствуя возможность поиздеваться, но мужик спокойно выдержал его ехидный взгляд.

– На, батя, допей. – Легыч расщедрился и протянул вдобавок к сигарете бутылку, – пузырёк себе оставь.

Мужик кивнул, спокойно взял. Парни уставились, хоть какое-то развлечение.

– Как звать-то? – протянул Легыч.

– Виктор я, – мужик не спешил уходить, разминая сигарету в грязных пальцах.

 – «Победитель», значит.

– Ха-а! – заржал Легыч, приглашая парней к веселью, – победитель, прикинь! А я Олег, – он поколебался, протянуть или нет руку, – это тогда кто? – всё-таки протянул. Мужик с наслаждением отпил остатки пива, утёрся рукавом, игнорируя предложенное рукопожатие, ответил:

– Вещий Олег, значит.

– Парни хихикнули выжидающе, мужик подумал, удерживая равновесие, и вдруг громко, с выражением, стал декламировать: «Как ныне сбирается вещий Олег отмстить, этим, как их… неразумным! Тьфу, ты память ни к чёрту.

Отмстить неразумным хазарам! Точно». – Отвернулся и заковылял, напевая во всю глотку на только что придуманный мотив: «Как ныы-не-е сбира-ется ве-ещий Олег…»

Легыч перестал ухмыляться, задумчиво посмотрел вслед:

– Вот жжёт дядька, – повернулся к Саше, – Это чё за тема? Вещий Олег какой-то.

– Ну, князь такой был русский. – Саша пожал плечами.