Аделия. Позор рода

Рис же от этих слов скривился и раздражённо запустил пятерню в свою светлую короткую шевелюру.

– Не нужен, – сказал тихо. – Извиняться не буду, потому что выбора ты мне не оставила. И ещё, Аделия, когда придёшь в себя и будешь сыпать проклятия на мою голову, просто знай, что я действовал из лучших побуждений.

И ушёл.

Бросил.

Стало так обидно… до слёз. И я, как полная наивная идиотка, стучала кулаками в стекло капсулы, кричала, звала его. Плакала… пока не отключилась.

И в этот раз потеря сознания стала для меня поистине спасительной.

Глава 3. Сногсшибательный коктейль

Личное расписание я получила сразу, едва выбралась из медицинского бокса. Мои голые ступни только успели коснуться пола, а перед глазами сразу появился Сайр – голографический образ моего галути. Он привычно поклонился и сообщил, что мне пришло несколько сообщений. Два с пометкой «важно». И одно из них как раз таки оказалось расписанием.

– Ну и что у нас там завтра? – спросила, пытаясь избавиться от остатков сна.

Всё же в этой гадкой лечебной камере я всегда высыпалась лучше всего.

– Три лекции в первой половине дня, – как всегда ровным тоном ответил Сайр. – Затем обед, беседа с психологом, медитация, а после час физподготовки.

– Ясно, – бросила я, несколько раз сонно моргнув. – А практика?

– Пока в вашем расписании нет практических занятий.

– Ещё бы. После такого тестирования.

Моя одежда обнаружилась тут же, на кресле. Пока я натягивала платье, старалась прислушаться к себе, почувствовать свою внутреннюю энергию.

Но сейчас она ощущалась так слабо, будто её и не было вообще. Интересно, кого мне стоит за это «благодарить»: устройство измерения потенциала или одного чрезмерно одарённого гада?

Да за свою жизнь я повидала столько эмпатов, что представить страшно! Но ни одному из них ни разу не удалось пробиться в моё сознание, заставить меня поддаться воздействию. А ведь среди этих специалистов были только настоящие профессионалы, уникумы, лучшие из лучших.

И вот появился какой-то парень, и легко, почти не напрягаясь, заставил меня чувствовать себя беспомощной покладистой тряпкой.

Стоило вспомнить, как я умоляла его не оставлять меня одну, как плакала, звала, стучала кулаками в стекло бокса, и стало ясно, что нашей следующей встречи этот Рис не переживёт – я придушу его собственными рукам.

Не знаю, как это ему удалось, но склоняюсь к мысли, что всему виной та самая пресловутая проверка.