Карильское проклятие. Наследники

– Сама сходишь, – отмахнулся Доминик Арвайс, плюхаясь рядом на лавочку.

– Ну что тебе – сложно было принести мне учебники? – возмутилась девушка, толкая его локтем в бок. – Тоже мне, родственник.

– Ты имеешь что-то против нашего родства? – насмешливо парировал парень.

Эти двое были очень похожи. Настолько, что ни у кого не возникало сомнений в их близкой родственной связи. И пусть, по официальным документам, Доминик был старше сестры на целый год, но учились они все равно на одном курсе, хоть и на разных факультетах.

Динара одарила его хмурым взглядом и, изобразив на лице полнейшее равнодушие, откинулась на спинку лавочки и прикрыла глаза.

– Знаешь, иногда мне кажется, что мы с тобой оба подкидыши, – проговорила она усталым голосом.

Ник хмыкнул и повторил маневр сестры. Он, как и Дина, жутко устал за эти долгие каникулы и теперь искренне наслаждался спокойствием, царящим на территории полупустой академии.

– Думаю, так считают очень многие, – ответил он тихо. – Хотя, Мелкая, ты характером явно в дядю пошла.

Она улыбнулась, но глаза все равно не открыла.

– Не-а. Мне больше нравится версия про подкидышей. И вообще… как представлю, что через год нам будет некуда сбегать, даже плохо становится. Вот скажи, почему жизнь так несправедлива? Для многих людей дом – это место, куда хочется возвращаться. Для меня же – настоящая тюрьма.

– Ну, дорогая, здесь ты не права, – возразил Доминик. – Дом у нас очень даже ничего.

– И живет в нем столько народу, что даже спрятаться негде, – продолжала жаловаться Динара.

– Говорил, – признал он, – но, в отличие от тебя, милая, мне оттуда никуда не деться.

– А мне, значит, есть куда деваться?

– Есть, – невозмутимо ответил брат. – Вот выйдешь замуж и покинешь столь ненавистное тебе место.

Она резко выпрямилась и посмотрела с таким возмущением, что Ник даже рассмеялся.

– Нет, ну а что я такого сказал? – удивился он сквозь смех.

Тогда Динара демонстративно отвернулась и выпалила:

– Не выйду я замуж!

– Ну да, конечно, – ответили ей с ярко выраженным скепсисом в голосе. – Останешься старой девой?

– Нет, – фыркнула она обиженно, складывая руки на груди. – И вообще, хватит топтаться на моей больной мозоли. Тебе, между прочим, тоже придется жениться.

– И я, заметь, трагедию из этого не делаю, – отозвался Ник. – Отец сказал, что позволит мне самому выбрать себе пару.