Леди из подворотни

 – Сидите тут целый день, пока вокруг совершаются преступления!

– Мисс, – произнёс он с угрозой в голосе, а на меня посмотрел очень строго, – мы делаем всё, что в наших силах.

Ага, то есть, совершенно ничего!

– Знаете, – выдала я раздражённо. – Если уж вы не в состоянии провести расследование, значит, я сама найду тех, кто напал на Хаса. Найду и приведу сюда!

Почему-то именно эта моя фраза произвела на него самое сильное впечатление. Он даже встал со своего удобного кресла, сжал пальцы правой руки в кулак, а в его глазах мелькнуло бешенство.

– Знаешь, что, девочка, держись-ка ты подальше от этого дела, – процедил он сквозь зубы.

– И не подумаю, – заявила, скрестив руки на груди. – Теперь уж точно костьми лягу, но найду того гада. А вы, судя по всему, не заинтересованы в наказании виновного. Может… я просто предполагаю, что, теоретически, вам кто-то подкинул за это деньжат?

– Хватит! – рявкнул капитан и глянул так, что я невольно отступила к двери. – К твоему сведению, у меня вообще забрали это дело! Запретили совать в него нос.

Потому что им занимаются агенты тайной полиции. Но эта информация не для посторонних, поэтому, если от тебя хоть кто-то узнает, я буду очень недоволен.

– Ого! – вырвалось у меня.

– Вот именно, – чуть спокойнее проговорил капитан. – Там всё серьёзней, чем казалось. Думаю, нападение связано с прошлым твоего деда. Он же бывший военный. Так что, повторяю, не лезь. И не ходи одна ночами по улицам.

В тот день, вернувшись домой, я долго думала, анализировала всё, что знала о Хасиме и его службе.

Да, он командовал гарнизоном, но ни разу не рассказывал о каких-либо боевых действиях или чём-то подобном. Но за столько лет службы с ним могло случиться всякое. И это всякое, видимо, теперь решило снова влезть в его жизнь. А может, на него напали вражеские шпионы, решившие выведать какую-то важную информацию?

Слова про тайную полицию с одной стороны заставили меня ещё сильнее насторожиться, но с другой ? успокоили. Если уж расследование ведётся на таком высоком уровне, значит, виновные в любом случае будут наказаны.

По крайней мере, мне хотелось в это верить.

В больницу при церкви я теперь заходила каждый день. Доктор Ларит при мне связывался со столичным военным госпиталем, чтобы выяснить хоть что-то о здоровье деда. Но там ему отвечали одно и то же: состояние – стабильно-тяжёлое, изменений нет.

Конечно, я могла бы попросить Шайна узнать больше через знакомого, о котором он рассказывал.