На осколках зазеркалья

Пила кофе, курила на балконе,  но в такие моменты ничегонеделания свободный от лишней нагрузки мозг отчего-то куда чаще стал возвращать меня к тому человеку и тем событиям, о которых нужно было забыть. И в итоге, поддавшись очередному моменту меланхолии, вытащила из сумки свой старый блокнот со всякой дребеденью и начала записывать в него какие-то приходящие на ум строчки. Получалось немного коряво, но, тем не менее… мне понравилось.

Я подарю тебе крылья!

Я научу тебя летать!

И сказку сделаю былью!

Дай только раз тебя обнять…

Я подарю тебе звёзды!

Будут они светить для нас.

И пусть уже слишком поздно…

Пусть будет всё в последний раз!

Записав это, перечитала ещё раз… потом ещё и, резко поднявшись на ноги, быстро ринулась к синтезатору, потому что неожиданно для меня самой в голове появилась мелодия, просто идеально подходящая под эти слова. Она лилась из-под пальцев так, будто была давно выучена мной, а ведь на самом деле, я играла её впервые.

Наверно, именно в этот момент мне стало предельно ясно, что в моей жизни нет никакого смысла без музыки… без сцены.

И только сейчас решилась признаться самой себе, что именно этим мечтаю заниматься. А значит, коль мои отношения с "ОК" так быстро и триумфально оборвались, ничего не удерживает меня от того, чтобы начать петь самой. В конце концов, что мне может помешать? Правильно. Ничего!

В общем, когда вернувшийся с учёбы братец с нескрываемым удивлением обнаружил меня у собственного синтезатора, я с видом настоящего триумфатора презентовала ему уже готовую песню с тремя куплетами.

И пусть она была ещё очень «сырой» и, по-хорошему, над ней предстояло ещё очень долго и кропотливо работать, но Феликс оказался поражён до глубины души. Он даже заговорил не сразу, рассматривая меня с таким нереальным удивлением, что я уж было подумала вызвать ему скорую. Да только он вовремя пришёл в себя и, одарив меня аплодисментами, упал в кресло у кровати.

– Это определённо нужно записать! – воскликнул он.

 – Ринка, а я и не знал, что ты так офигенно поёшь! А откуда песенка?

– Не поверишь, сама придумала! – ответила, гордо вскинув голову. – Как считаешь… она может понравиться публике?

– Да ещё как! – судя по характерным всплескам рук и повышенному тону, мой братик до сих пор пребывал в сильно эмоциональном состоянии, а хитрый блеск в его глазах красноречиво намекал на то, что он уже мысленно подсчитывает свою долю гонорара.