На осколках зазеркалья

В какую именно сумму папочке обошёлся мой каприз, братишка говорить отказался, и  мне удалось выведать лишь то, то аренда квартиры оплачена на полгода вперёд. Что просто не могло не радовать.

Весь день пролетел для нас в беготне. Но, наверное, любой переезд проходит именно так. Но в итоге ещё до заката всё было закончено, вещи разложены, ванна заставлена необходимой химией, на полках появилась новенькая посуда, а большой холодильник ломился от обилия еды.

Мы же с моей новой соседкой и братцем, развалившись на мягком уголке кухни, лениво дожёвывали остатки заказанной пиццы.

Ели в тишине, так как что сил на разговоры уже просто не осталось. Поэтому поздний звонок на мобильный стал для меня полнейшей неожиданностью.

С видом уставшего пещерного человека я лениво наблюдала за перемещениями вибрирующего телефона по поверхности стола, но никак не могла заставить себя ответить. И ладно бы просто требовалось нажать кнопку соединения, так ведь на том конце обязательно потребуют, чтобы я что-то говорила, а мне этого категорически не хотелось.

Вдруг телефон затих, но к моему глубокому разочарованию, через несколько минут зазвонил снова. И я бы с большим удовольствием продолжила и дальше его игнорировать, но тут не выдержал Феликс.

Взяв в руки мой белый смартфон, он недоверчиво покосился на номер на экране и, не озаботившись моим разрешением,  бесцеремонно ответил на звонок.

– Слушаю вас, – сказал братец, да с таким видом, будто всю жизнь проработал в приёмной президента.

– Феликс? – прозвучало из динамика в полной тишине.

 – Дай-ка трубку Арине.

– Могу узнать, кто её спрашивает? – с откровенным любопытством поинтересовался мой брат.

– Кармин, – раздражённо ответила трубка. А я тут же подскочила на месте и, резко выхватив у Флексика свой смартфон, поднялась и вышла из кухни.

– Привет, – оказавшись в темноте гостиной, проговорила виноватым тоном. – Давно хотела тебе позвонить.

– И давно стоило это сделать, – с лёгким укором ответил Валера. Потом послышался его глубокий обречённый вздох, но я не рискнула заполнять повисшую тишину своими оправданиями.

 – Я к тебе по делу. У нас послезавтра концерт, значит завтра – последняя репетиция, и мне бы очень хотелось, чтобы ты на ней присутствовала.

Отчего-то я чувствовала себя безумно виноватой перед Кармином. Всё-таки в нашей с Тимом игре на выживание он участие не принимал, а пострадал от неё чуть ли ни больше всех. Уйдя из группы, я в первую очередь подставила именно его.