Первая ведьма

А в подобных случаях иные отношения просто недопустимы, – пояснила она. – Всё максимально официально.

– Знаю, – бросила в ответ и, вздохнув, добавила: – Да только я не аристократка.

Увы, в данном вопросе переубедить Мартишу оказалось невозможно. Она вбила себе в голову, что если я являюсь воспитанницей графа и графини, значит, тоже отношусь к рядам аристократии. Доказывать что-то ей было бессмысленно, потому каждая из нас всегда оставалась при своём мнении. Она упрямо продолжала называть меня «леди», а я ни на мгновение не забывала, что моим отцом был самый обычный плотник, а матерью – прачка.

– Да даже и если не аристократка, – уверенно выдала Марти. – Но всё равно завидная невеста. Воспитанница бывшей карильской королевы! – Дабы подчеркнуть важность этого аргумента, она даже указательный палец вверх подняла. – Уже это, Ами, делает тебя крайне привлекательной для потенциальных женихов. Но, повторяю, не соглашайся сразу. Поверь, у тебя будет, из кого выбрать.

Ты у нас девушка симпатичная.

Я ничего ей на это не ответила. Да и что могла сказать? Заявить, что не собираюсь пока замуж? Что мне бы не хотелось выбирать мужа среди графов и герцогов? Увы, это было бы ложью. Конечно, зная о том, как живут в семьях простых работяг, видя чёткую границу в расслоении нашего общества, я бы очень хотела оказаться замужем за лордом. Но… при этом прекрасно понимала, что не являюсь леди их круга. Я… как выразилась Миркрит, «безродное ничтожество».

И ничто не в силах этого изменить.

Всё же заставив себя подняться с кровати, я подошла к шкафу, на котором было закреплено большое зеркало, и со странной ухмылкой уставилась на своё заспанное отражение. Да… если меня и можно было назвать симпатичной, то уж точно не сейчас. На самом деле в моей внешности не было ничего особенно примечательного. Лицо, как лицо. На мой взгляд, даже узковатое, да ещё и с пятью маленькими родинками на левой щеке. Нос… обычный, спасибо, хоть маленький.

Губы тонковатые, а про глаза вообще говорить не хочу. Честно говоря, после того, как во мне проснулась первая стихия, они уже трижды меняли свой цвет.

Кажется, когда-то они были серыми, хотя сама я этого уже не помню. После пробуждения огня стали светло-карими, будто янтарными. Когда проснулся воздух, изменились снова, оказавшись голубыми, словно прозрачными. Затем они преобрели синий оттенок, и до сегодняшнего утра даже нравились мне.