Трофей Его Высочества

Но для начала хочу понять, что с тобой происходит. Ты будто бы… раздражён?

Он произнёс это с интересом, а когда я непроизвольно чуть нахмурился, брат и вовсе широко улыбнулся.

– Это ничего не значит, – попытался заверить его.

– Думаешь? А у меня другое мнение, – Гервин расслабленно опёрся на широкий подлокотник, обитый дорогущим бархатом. – Два с половиной года ты больше напоминал циничную куклу, напрочь лишённую обычных человеческих чувств. И тут… раздражение!

Он поднялся на ноги и прошёл по комнате.

Брат всегда ходил, когда ему нужно было быстро что-то обдумать. Странная привычка, но зато все окружающие знали, что в этот момент лучше молчать и не отвлекать Его Высочество от серьёзных дум.

Я не стал следить за его передвижениями, окинул взглядом королевские покои, которые Гервин занял по праву победителя. Здесь всё было пропитано вычурной роскошью. Всюду блестела позолота, по углам стояли скульптуры, а в гостиной даже имелся свой фонтан.

Нет, в нашем дворце всё иначе, сдержанней, спокойней, и точно уютней.

– Когда это произошло? – вдруг спросил Герв.

– Что?

– Эмоции? Когда ты что-то почувствовал?

– Я почти ничего не чувствую. Ты ошибся, всё осталось по-прежнему.

Зря он понадеялся на изменения. Все целители в один голос говорили, что это со мной навсегда. Хотя, если честно, так жить гораздо легче. Проще.

– Но раздражение? Оно ведь точно было. Я видел! – не желал сдаваться брат.

– Тебе показалось.

Герв хмыкнул, вернулся в кресло и окинул меня изучающим взглядом.

– Хорошо, – подозрительно быстро согласился он. – Тогда оставь мне девушку, которую забрал из камеры. Я свяжу её с каким-нибудь сильным магом обрядом «хаити», чтобы тот смог контролировать всплески её дара. Пусть пока поживёт здесь, а там будет видно. Зачем тебе брать на себя эту головную боль? А коль фигурка у девочки шикарная, желающих найдётся немало.

В этот момент я очень пожалел, что вообще рассказал брату о своей находке, как и о её просыпающемся даре. Просто привычно поделился с ним своими мыслями и интересующими меня вопросами. А он всё понял неправильно.

– Хочешь, оставляй, – пожал я плечами.

– И тебе совсем не важно, с кем она будет проводить ночи?

– Нет.

– А если я возьму её себе? – продолжал брат.

– Бери. – Отвернулся к окну.

– Мар! – рявкнул Гервин.