Попробуй меня поймать, или Портальная аномалия

Но стоило мне выйти на лестницу, я уставилась вниз, всем своим видом изобразила испуг и закричала.

– Аааа!!! – заорала, показывая пальцем вниз. – Там!!! Убивают!!!

Верзила тут же выскочил на лестницу и ринулся вниз, а я наоборот, юркнула обратно, вопя во весь голос, что внизу убийство! Второй охранник несколько секунд поколебался, но всё-таки рванул за коллегой, ну а я бегом направилась к оставшейся без охраны двери, дёрнула её на себя, влетела в просторную приёмную… и тут же остановилась, уставившись на целый отряд охраны в чёрных мундирах с золотыми нашивками.

– Упс… – сорвалось с губ. – Простите, я, кажется, заблудилась.

И тут позади раздался крик одного из обманутых стражей:

– Мерзавка ворвалась в приёмную!

Вот влипла!

Назад путь был отрезан, вперёд меня тоже никто не собирался пускать. Рассчитывая разве что на чудо, я дёрнулась в сторону к подмеченной небольшой дверке. И только хотела потянуть её на себя, как та сама распахнулась, а я на полном ходу врезалась в мужчину в светло-сером костюме.

– Диверсия! Нападение! – заорал кто-то за моей спиной. Да так громко, что у меня сердце сжалось от страха.

Всё. Добегалась, дура! Справедливости искала! Фиг тебе!

И вдруг стало так страшно, что просто перехватило дыхание. Перед глазами будто закрутились воронки из тьмы, уносящие куда-то далеко.

Последнее, что помню перед тем, как отключиться – властный крик: «Отступить!» и чьи-то руки, удержавшие меня от падения.

***

Кажется, у меня случилось дежавю.

Я снова лежала на палубе, над головой раскинулось голубое небо, а моё ложе едва ощутимо покачивается на волнах. Правда, в этот раз на мне были не мокрые шорты с майкой, а сухое платье. Да и доски не пахли сыростью – скорее, высохшей старой древесиной.

Сев, осмотрелась и просто не смогла сдержать усмешку. Ну да, тот же корабль, знакомая пустая палуба, неподалёку кричит чайка. И всё точно, как в прошлый раз… за одним маленьким исключением. Сейчас рядом лежал парень, совершенно мне незнакомый.

Интересно, он-то тут откуда?

– Эй, – позвала я, разглядывая товарища по несчастью. – Очнись! Ты жив вообще?

Тот зашевелился, перевернулся на спину, но так и не проснулся. Но так я хоть получила возможность лучше его рассмотреть.

На вид лет восемнадцать-двадцать. Красивый, с тонкими чертами лица, ровным носом, острым подбородком и широкими скулами. А вот волосы – белые-белые, словно только что выпавший снег.