Соблазнить верную

Побои… не знаю, вроде даже Мария не жаловалась на подобные грубости… Но, в общем, могу сказать лишь, что душевная боль иной раз гораздо тяжелее физической. Согласна?

– Согласна. Меня огорчает, Серёжа, что я показалась тебе легкомысленной. Либо до глупости наивной. Я всё вижу и понимаю его намерения.

– Так ты специально с ним флиртуешь? – в его глазах читался искренний шок.

– С чего ты взял? Почему вы, мужчины, любезность всегда принимаете за флирт?

– В данном случае потому, что ты знаешь о его намерениях и будто подыгрываешь ему.

– Да. Не понимаешь, с какой целью?

– Просвети.

– Он использует меня, а я использую его… в профессиональных задачах. Режиссер помогает актеру раскрыться на сцене. Доброжелательность Яковлевича как никогда играет мне на руку. Сейчас точно скажу ему «нет», и он обозлится, начнутся контры. Зачем оно мне надо? Или коллективу? А так – слегка поулыбаться и быть любезной. Почему нет? Нормальный рабочий процесс.

– Ань, не ввязывайся в его игру.

Можешь проиграть.

– Да я не играю, Сереж! Но и не собираюсь зацикливаться на его пороках.

– Но ты поддерживаешь его флирт. Это нечестно по отношению к мужу.

– С мужем я сама разберусь.

– Мне сейчас кажется, или рассказы о твоей верности – миф?

– Не тебе об этом судить, уж прости.

– А кому?

– Например, Богу… Не пытайся делать выводы о том, о чем не имеешь представления или о том, что тебя не касается. Это нечестно. Я не играю, я не флиртую, не намекаю и не изменяю.

Я работаю и общаюсь. И дам понять этому человеку, если в свои почти сорок он этого не понял, что мужчина и женщина могут вербально контактировать, без интимной близости.

– Ой-ой-ой, ты не говори так! – с наигранным ужасом Сергей оглянулся по сторонам, прикрыв пальцем рот. – Ему не «почти сорок», а тридцать пять! – фраза звучала в сопровождении вытаращенных глаз, драматично изображавших шок. – За такую оплошность он добавит тебя в «чёрный» список.

Она смущенно рассмеялась, пряча лицо в ладонях.

– Как страшно-то!

– А теперь серьезно… – хотел было продолжить дискуссию Сивков, но Камушкина деловито его перебила.

– Давай закроем тему. Я абсолютно серьёзно заявляю: я – актриса, он – режиссёр. Я не могу игнорировать начальство или не общаться с ним.

– Это понятно. Тогда общайся с ним без игривого блеска в глазах. Сможешь?

– Какого блеска?

– Которого еще несколько дней назад у тебя не было, моя дорогая.