Аналогичный мир. Том третий. Дорога без возврата

– Дык война…

– Я ща тебе дыкну! Год победе уже, а всё война, война-а!.. Мозгов у начальства нет, вторую колею протянуть!

– Ладно вам, мужики.

– Не ладно! Мыслимое ли дело три часа тащиться?! А морозы завернут когда…

– Заткнись, а? Как завернут, так и развернутся. Впервой, что ли?

Эркин, слыша, но не вслушиваясь в этот общий говор, осторожно, чтобы не привлечь внимания, напряг и распустил мышцы, готовясь вставать и собирать вещи. Вот чёрт, суставы, как после «пузырчатки» застыли. Вокруг многие вставали, снимая с полок над окнами мешки и узлы, перевязанные верёвками обшарпанные чемоданы.

Но были и те, кто без вещей. Ну, вот и потянулись в тамбур, прессуясь там в плотную массу. Эркин подождал, пока встали и вышли в центральный проход сидевшие напротив, и встал сам. Вытащил из-под скамейки тюк, узел и ящик, снял с полки мешки. Женя поправила на Алисе вязаную шапочку, обвязала сверху своей белой шалью.

– А дядя Андрей уже здесь? – вдруг спросила Алиса.

У Эркина дрогнули руки, и он выронил большой мешок.

– С чего это ты его вспомнила? – спросила Женя.

– А он меня так же обвязывал, – ответила Алиса, послушно поворачиваясь под руками Жени. – Он нас здесь ждёт, да?

– Не здесь, – ответил Эркин, вскидывая на спину мешок. – Женя, готова? Пошли.

Они вышли из вагона последними. Сыпала мелкая белая крупа, снег скрипел под ногами, засыпанный снегом мужчина в чёрной милицейской форме сказал, что Комитет на той стороне вокзальной площади.

– Давай всё на хранение опять сдадим, – предложила Женя.

 – Чтоб не таскаться с ними.

Эркин согласился.

Нашли камеру хранения, сдали все вещи, даже маленький мешок с самым расхожим, и пошли в Комитет.

В Загорье Комитет защиты узников и жертв Империи работал в одном помещении с беженским. Большая комната, заставленная письменными столами, стульями, шкафами, открытыми с бумагами, и глухими, а один даже металлический, на подоконниках кипят сразу два электрочайника, женщины в накинутых на плечи платках, двое мужчин в военной форме без погон…

Эркин вошёл первым, не так возглавляя, как закрывая собой Женю и Алису.

И встретили их от порога вопросами.

– Репатрианты? Транзит или конечная?

– Конечная, – ответил Эркин, доставая маршрутный лист.

– Сюда, пожалуйста.

У него взяли маршрутный лист, отметили в регистрационной книге и убрали в папку.

– А теперь ко мне, пожалуйста, – позвали их к другому столу. – Здравствуйте, садитесь.