Аналогичный мир. Том третий. Дорога без возврата

Нет этого, а слова… что слова, сказал и забыл…

Он плакал, дрожа, сотрясаясь всем телом, не замечая ни дрожи, ни слёз. Кто-то тронул его за плечо, мягко сдвинул одеяло с головы. Чак моргал, щурился, но слёзы текли неудержимо, мешая видеть. Кто? Доктор Иван? Зачем? Что ему нужно?

– Выпейте, Чак.

Он послушно приподнялся на локте и взял стакан.

– Это снотворное, – объяснил Жариков, не дожидаясь вопроса. – Вам надо как следует выспаться. Пейте.

Чак послушно поднёс стакан к губам. Рука так дрожала, что он бы уронил стакан, но доктор ловко поддерживает ему голову и руку.

– Спасибо, сэр. Вы очень добры, сэр.

Кто это говорит? Зачем? Но мир уже исчезает в тёплой приятной темноте, путаются мысли, и чьи-то руки укрывают его, успокаивающе гладят по плечу. Но он уже спит.

– Вырубился, – Арчи выпрямился и поглядел на Жарикова. – Вы… усыпили его, так?

– Да, – Жариков озабоченно улыбнулся. – Ему надо долго спать.

Арчи польщено улыбнулся. Это он вызвал Жарикова по селектору, сказав, что Чак, похоже, не в себе.

– Я слышу, Иван Дор-ми-донт-о-вич, он зубами аж стучит. Смотрю, зову, а он с головой завернулся и не отвечает. Я его за плечо тронул, а он, – Арчи ухмыльнулся, – не брыкается. Даже не послал меня. Ну, я к селектору.

– Молодец, – повторил Жариков. – Ты один дежуришь?

– Да. Гэб тихий, этот ходячий. Мы теперь по одному. Ничего, справляемся.

– И дальше справишься?

– А чего ж нет?

Жариков задумчиво кивнул.

– Всё-таки, давай вызовем ещё одного. Кто сейчас свободен?

– Ну, кто снег убирает, кто в город пошёл, кто с ночной дрыхнет. Найду, Иван Дорми-дон-тович, – с каждым разом у него получалось всё лучше.

– Хорошо. Если что, я у себя.

– Да, конечно.

Жариков ещё раз посмотрел на Чака. Лицо уже спокойно, тело расслаблено. Да, всё-таки реакция.

– Пусть спит. Не буди ни под каким видом.

Арчи понимающе закивал.

– А как же. Всё сделаю.

Они вышли из палаты, бесшумно прикрыв за собой дверь.

– К Гэбу зайдёте, Иван Дормидонтович?

Жариков кивнул. Арчи ловко открыл перед ним дверь палаты Гэба, оставшись в коридоре. Лежавший навзничь Гэб медленно повернул голову.

– Здравствуйте, Гэб. Как вы себя чувствуете?

– Здравствуйте, сэр. Спасибо, сэр, хорошо.

Он говорил медленно, сохраняя на лице равнодушно отчуждённое выражение.