Мир Гаора. Коррант. 3 книга

Да, он знал, выучил ещё в училище, да нет, раньше с голоса Сержанта, все положенные молитвы и гимны Великому Огню и его ипостаси – Огню Небесному, но сейчас он сам говорил с Солнцем на нашенском языке, языке склавинов, и слова сами приходили к нему, безошибочно точные, единственно правильные.

Гаор остановился, перевёл дыхание, поклонился в сторону Солнца, напоследок снова глотнул из родника, словно поцеловав чистую холодную воду из самой глуби земной, ну да материна вода от Мать-Земли – догадался он – потому она и сильная, матёрая, и пошёл к машине.

Странно, но все его страхи и опасения словно и в самом деле смыло с него, и он шагал твёрдо уверенный в том, что выживет, будет жить, что ничего более страшного, чем было, уже не будет.

Возле просвечивающего сквозь туман тёмного силуэта фургончика слышалось жужжание механической бритвы. Ридург Коррант уже в брюках и сапогах, но ещё без рубашки, брился, глядясь в зеркальце заднего обзора. Когда рядом зашелестели кусты, он бросил, не оборачиваясь.

– Очухался? Тогда одевайся, и сейчас выезжаем.

«Не жрамши?» – мысленно спросил Гаор, влезая через другую, чтобы не помешать хозяину, дверцу в кабину. Спальный мешок хозяина уже убран, а его вещи так и лежат. Он быстро оделся, жалея, что нет полотенца вытереться, скатал свой спальник и сунул его в угол за мешки. Если не туда, ему скажут.

– Заднюю дверь открой, – приказали ему снаружи.

Гаор послушно прошёл по фургону и отодвинул засов.

– А занавески задёрни обе.

Вон оно что, занавесок две, и если их задёрнуть, то койки не видно ни из кузова, ни из кабины.

Интересное устройство.

Ридург закончил бриться, проведя по груди в вырезе майки в последний раз бритвой, вытряхнул её и убрал в чехол. Повернувшись взять с сиденья рубашку, посмотрел на сидящего уже за рулем раба. Надо же, как родниковая вода подействовала, а ведь не прирождённый, и туда же. Надел рубашку, куртку и сел на своё место.

– Поехали. Маршрут помнишь?

– Да, хозяин.

Ридург кивнул.

– Тогда валяй и побыстрее, там на карте едальня шофёрская отмечена. К ней и держи.

– Да, хозяин, – весело ответил Гаор.

Едальня – это хорошо и даже отлично. А то от вчерашнего обеда у него уже только воспоминания остались.

Туман подступал к шоссе вплотную, а в низинах даже заливал его жемчужно-белой клубящейся массой, но быстро редел под поднимающимся и набирающим силу солнцем. Гаор уже уверенно потянулся к бардачку, достал и положил на колено карту.