Бремя богов

Это финал? А может… начало вселенской любви?

Ведьмина метла

«Эх, давно я не летала! Метла моя скучает в углу тёмной кладовки. Всё время слышу её печальные вздохи.

Как докатилась до жизни такой? А ведь когда-то парила и каждую ночь… Разве что в дождь и метель оставалась у печки! У меня и раньше было мало подруг-ведьм, а как встретила Его, так их вовсе сдуло. Не нужны они стали враз. Летала только с Ним. Катала на своей метле, у него аж дух захватывало!

Старые колдуньи поговаривают, что это участь всех пристойных ведьм – летать только с одним человеком.

Аха-ха-ха, слышали такое? Пристойных ведьм!

Я не была монашкой, но и развратницей тоже не была. Только с Ним могла быть и той, и другой. И нам это нравилось, чёрт побери! Так что же случилось? Почему я превратилась в пристойную ведьму без метлы? И летать разучилась…

Но однажды, лет пять назад, получилось взлететь. Как заново родилась после этого. Но будто какая-то высшая сила или ведьмовское проклятье обрезает крылья и не даёт парить в ночи.

Осень – моё любимое время года. Опавшие листья и дождь… Холодный, гадкий, но я таю от этого стука капель по крышам домов. И вот тогда особенно хочется взять метлу и… Однако заглянешь в кладовку, подержишь, поверишь, присядешь, но никуда не полетишь.

А может, ну это всё? Может, пора снова оседлать вздыхающую-скучающую ветвяную кобылицу и умчать в ночь? Туда, где музыка, подруги-ведьмы и шальная ведьмовская свобода?» (из записки пристойной ведьмы).

Когда покупала новый веник на рынке, старая бабуся-продавщица отдала мне клочок пожелтевшей бумаги. Сказала, что инструкция. «Инструкция? К венику?!» – удивилась я, но взяла сей странный пергамент.

Интересно, а каково это – летать на метле?

Полёт

Она сидела за столом и тихо плакала. Починить поломанное в сотый раз крыло было трудно. Но ей так хотелось летать!

Отложив занятие, она подошла к окну. Снова дождь. Сильный, шумный, серый, но такой любимый. Стихия манила стучащими каплями, сверкающими молниями и оглушающим громом.

Она любила грозы. Но хотелось маленького, слабенького просвета. Ведь из-за этой непогоды и ломались крылья. Дом с его стенами и потолком не давал взлететь. Крылья всё время бились о преграды.

И тут её осенило! Она кинулась к столу, где лежало изувеченное крыло, вытерла слёзы и с остервенением принялась за работу. Усталая, но до одури счастливая, надела свои белоснежные крылья и выбежала на улицу.