Башня Зеленого Ангела. Том 1

– Я не знаю этого человека, но Изорн считает, что его появление имеет огромное значение. Это граф Эолейр, эрнистириец, – объяснил он Саймону. – Его только что доставил по воде в Новый Гадринсетт один из рыбаков. – Он улыбнулся, название все еще казалось непривычным. – Граф очень устал, но говорит, что у него для нас важные новости, которые он сообщит утром, если принц пожелает.

– Разумеется. – Джошуа задумчиво потер подбородок. – Любые новости про Эрнистир имеют громадную ценность, хотя я сомневаюсь, что история Эолейра принесет нам радость.

– Вполне возможно. Однако еще Изорн сказал… – Бинабик придвинулся к нему и заговорил тише: – Эолейр утверждает, будто ему удалось узнать кое-что важное про… – его голос превратился в шепот, – Великие мечи.

– Ого! – удивленно пробормотал Деорнот.

Джошуа мгновение помолчал.

– Итак, – сказал он наконец. – Завтра в День святого Граниса мы, возможно, узнаем, является ли наша ссылка безнадежной или у нас есть шанс. – Он встал, перевернул свою чашу и крутанул ее пальцами.

 – Тогда – спать. Я пришлю за вами завтра, когда Эолейр отдохнет.

Принц зашагал по каменным плитам зала, и его тень в свете факелов заметалась по стенам.

– Пора в постель, как сказал принц. – Бинабик улыбнулся. Кантака подбежала к нему и подставила голову под его руку. – Мы надолго запомним этот день, Саймон, верно?

Саймон смог только кивнуть в ответ.

2. Разные цепи

Принцесса Мириамель смотрела на океан.

Когда она была маленькой, одна из нянек сказала ей, что море есть мать гор, вся земля родилась из него и когда-нибудь туда вернется, ведь не зря считается, что потерянная Кандия исчезла глубоко на дне моря.

Океанские волны, которые методично ударяли в скалы под домом в Мермунде, где Мириамель провела детство, казалось, изо всех сил пытались вернуть их себе.

Другие называли море родительницей чудовищ, килпа, кракенов, ораксов и прочих водных тварей. Мириамель знала, что в черных глубинах действительно полно диковинных существ.

Множество раз море выбрасывало огромные бесформенные тела на скалистый берег Мермунда, где они гнили на солнце под испуганными и завороженными взглядами местных жителей, пока море снова не утаскивало их в свои таинственные глубины. Мириамель не сомневалась, что море на самом деле рождало чудовищ.

Когда ушла навсегда мать Мириамель, а отец, Элиас, погрузился в меланхоличный гнев из-за смерти жены, океан стал для нее чем-то вроде доброго родителя.