Трон из костей дракона. Том 1

– Тогда покинь замок! – прорычал Элиас и повернулся спиной к брату, скрестив на груди руки. – Уйди и дай мне подготовиться к правлению, как и следует мужчине, – избавь от жалоб и интриг.

У старшего принца был такой же высокий лоб и ястребиный нос, но он обладал куда более мощным сложением, чем Джошуа, и выглядел как человек, способный голыми руками свернуть врагу шею. Его волосы, сапоги для верховой езды и туника были черными. На зеленом плаще и лосинах осталась грязь после долгого путешествия.

– Мы оба сыновья нашего отца, о будущий король… – Улыбка Джошуа получилась насмешливой.

 – Корона принадлежит тебе по праву. А наши разногласия не должны тревожить. Твое будущее королевское величество находится в полной безопасности – даю тебе слово. Но, – его голос стал набирать силу, – я не стану, услышь меня, не стану покидать дом моего отца по любому приказу. Даже если он исходит от тебя, Элиас.

Его брат повернулся и посмотрел в глаза Джошуа, и Саймону показалось, будто скрестились клинки.

– Наши разногласия? – прорычал Элиас, и в его голосе прозвучала боль и обида.

 – Что ты можешь иметь против меня? Твоя рука? – Он отошел от Джошуа на несколько шагов, и его голос стал глухим от наполнившей его горечи. – Потеря руки. Из-за тебя я стал вдовцом, а моя дочь лишилась матери. Так что не говори мне о разногласиях!

Казалось, Джошуа затаил дыхание – он ответил после небольшой паузы.

– Твоя боль… твоя боль мне известна, брат, – наконец заговорил он. – Разве ты не знаешь, что я отдал бы не только правую руку, но и жизнь!.

.

Элиас резко развернулся, протянул руку к своей шее и вытащил что-то блестящее из-под туники. Но это был не нож, а нечто мягкое и податливое, похожее на образец мерцающей ткани. Элиас на миг поднес его к удивленному лицу брата, швырнул на пол, развернулся на каблуках и быстро зашагал прочь по проходу между скамьями. Джошуа долго стоял неподвижно, потом наклонился, двигаясь, точно человек во сне, и поднял яркий серебристый женский шарф. Он смотрел на мягкую ткань, и его лицо исказила гримаса ярости и страдания.

Саймон сделал несколько быстрых вдохов и выдохов, а Джошуа спрятал шарф на груди, под рубашкой, и последовал за братом к выходу из часовни.

Прошло довольно много времени, прежде чем Саймон осмелился выбраться из своего укрытия и стал спускаться к главному выходу из часовни. Ему казалось, что он присутствовал при странном кукольном представлении, пьесе об Усирисе, сыгранной для него одного.