Гражданский спецназ

– Да не могу я его пить, – имея в виду виски, поморщился Игорь, ломая голову, какие бы еще доводы привести, чтобы избежать совместного распития заряженного снотворным пойла. – Может, сегодня водочку, а это на потом?

– Жалко, что ли? – усмехнулся Скорый. – Зачем принес?

– Пей, – хмыкнул Лузин, отворачивая горлышко и наливая золотистую жидкость в рюмку Скорого. – Мне еще за руль садиться, так что я чисто символически. Вообще-то она у меня уже месяц мертвым грузом стоит. Не перевариваю я заокеанское.

Так, для расширения кругозора попробовал, – добавил он, объясняя тем самым, почему бутылка была открыта.

– Не знаю. Я, например, экзотику люблю, – пожал плечами хозяин квартиры. – Ну что, за удачу!

На некоторое время за столом воцарилась тишина, нарушаемая лишь позвякиванием вилок о тарелки.

– Ты как себе представляешь работу с Бобром? – оторвавшись от пельменей, неожиданно спросил Лузин.

Скоробогатов плеснул себе в рюмку еще виски и, не выпуская бутылки из рук, вопросительно посмотрел на собутыльника.

– Нет, мне не надо! – замахал руками Лучок. – Я же говорю, не могу я это пить. – Для убедительности он плеснул себе немного водки.

– Как знаешь, – пожал плечами Скорый, оставляя Игоря в покое. – Хозяин – барин. По мне, так эта беда лучше. Нашей, пока полный желудок не зальешь, ни в одном глазу, а после этой – сразу на душе хорошо.

– Знаю, с чем к тебе приходить, – самодовольно ухмыльнулся Лузин. – Так ты не ответил на мой вопрос по поводу Бобра.

Выпитое немного сняло напряжение, и Игорь в обществе Скоробогатова чувствовал себя уже более раскованно.

– Слушай, за этим, – Скорый постучал по бутылке вилкой, – дела не решаются.

Спустя час, поднявшись со своего места, Скоробогатов не удержался на ногах и рухнул на пол, ударившись лбом о край табурета.

«Готов», – с облегчением подумал Лузин, наблюдая за тем, как хозяин квартиры, немного поворочавшись, заснул, так и не дойдя до туалета.

Впрочем, дискомфорт, вызванный переполненным мочевым пузырем, длился недолго. Через несколько минут под ним растеклась лужа, окончательно сигнализирующая о глубоком сне «любителя экзотики».

Лучок принялся за дело. Он разлил на кухне остатки бульона от пельменей и перевернул стол. Аккуратно, чтобы не было слышно соседям, разбил тарелки и несколько рюмок. Затем, взяв топорик для разделки мяса, прошел в комнату и принялся там курочить мебель.