Ароматы свободы

Нам потребовалась секунда, чтобы все осознать и рвануть на кухню.

Спустя несколько минут попыток потушить огонь кинувшийся из печи на скатерть, спасти выпечку из плена дыма и увести с кухни девочку, которая всего лишь хотела «по-быстрее приготовить пончики», мы рухнули за стол, потерянно глядя на чернеющие тлеющие угли.

– Я скучаю по временам когда она была совсем малышкой… – вздохнула Меркурия. – Да и вы были обе такими миленькими еще в своём подростковом бунтарстве. Как хорошо, что фотографии остались.

Шестеренки быстро закрутились в моей голове. Фотографии должны были быть в кабинете. А что еще хранится в кабинете у шефа полиции?

– Может я схожу, принесу? Они ведь у тебя? – меня либо не услышали, либо просто не возражали, усердно споря о чёрных колготках и сложных подростках.

Усмехнувшись я вышла из кухни, намереваясь сделать свое грязное дело.

Включив свет в кабинете, иногда искусственный свет можно потерпеть, я окинула взглядом огромный шкаф и неподалёку железную тумбу, надеясь, что ящики в ней незапертые.

В комнате пахло бумагой и мятой, что помогало сфокусироваться. Не до конца понимая, что и где точно нужно искать, я понадеялась на чудо, начиная штурм.

Способом исключения, я откинула низкие открытые полки, до которых Диля могла достать, вряд ли там будет что-то особо важное, как и на тех, что на уровне глаз. Решив, что там либо новые дела, либо документы требующие частых проверок, я понадеялась на верхние и уже было приставила стул, как поняла, что сейчас возиться с этим времени нет.

Вместо этого я быстро открыла первый ящик тумбочки, нашла альбом с фотографиями и быстро полистав его, наткнулась на фотографию мужчины. Чёрные волнистые волосы, смуглая кожа, правильные черты лица и уверенная поза, он был точной моей копией в мужском обличии, вернее, я была его женской копией. Все во мне было, как у отца, все кроме добрых тёмных глаз. Моя радужка синяя, словно поглощенная во льды в холодном океане, служила доказательством того, что мать у меня все же была.

Не долго, месяцев девять, но точно была. Эта женщина была настолько хороша, что даже после разделения не захотела меня найти.

Мать не занимала мои мысли до этой поры, но именно сейчас, на той же фотографии с отцом, сидела женщина, чьи синие глаза глядели прямо в душу. Я присмотрелась, замечая очень странную компанию. Отец, эта женщина, Меркурия и еще двое незнакомых мужчин.