Ароматы свободы

Мне было по барабану то, что у меня церемония выпуска, что я больше никогда не переступлю порог «Высшей Академии», что вступлю во взрослую жизнь. Меня интересовал лишь чей-то парфюм с запахом шоколада и разглядывание собственных ногтей, а не салюты воодушевляющих слов. Ночью ни на минуту не сомкнула глаз. В животе какое-то неприятное чувство щекотало предчувствием неприятности, мешая отдохнуть, а от шепота в голове не было никакого желания заниматься хоть чем-то. Никаких зеленых коридоров, портретов с уничижительными лицами, лишних запахов… особенно непонятного свежего, будто морского.

– Инесса! Юная леди, возьмите свой аттестат, наконец, – нервы у преподавателя уже не выдерживали, на ее серьёзном лице проглядывалось напряжение.

Я вскочила с места, вырисовывая тухлую, но, все-таки, улыбку. Профессор, заметив мои потуги, хмуро усмехнулась и прошептала на ухо:

– Если бы не ваше наплевательское отношение, Инесса, вы бы уже перевернули мир, – произнесла она, открыв книжечку с табелем мне на обозрение.

Несмотря на ее слова, на мгновение в голосе проскочила какая-то гордость.

Покачав головой, да куда там мне, обычной волшебнице, которая даже не представляет собственное будущее, не имеет амбиций, я вернулась на место, пока мои одноклассницы внимательно вслушивались, боясь пропустить свою очередь.

– Ну, что там у тебя?! – Фира, подруга и по совместительству названая сестра, с любопытством буравила взглядом книжку, на которую потом можно будет ставить чай.

Мне нечего скрывать, я и показала. – Зашибись! Я таких оценок в жизни не видела! У тебя даже по истории десятка? Как?!

«Победа- мой морфий, а любой проигрыш, даже в плевом деле, вызывает зуд по всему телу, неистовое желание расчесать внутренности, боль в голове до слез. А еще Стипендия – сильный аргумент», – хотела ответить я, но просто пожала плечами.

– И куда ты собираешься поступать? Даже «Институт имени Уора» примет тебя с распростёртыми объятиями, ты ведь такая умная, много читаешь, учишься…

– Никуда, – честно ответила я.

Не успели медовые глаза округлиться, как прозвучало имя девушки, и она, подскочив на месте, со всех ног кинулась к преподавателю, чтобы вскоре, так же бегом, под чужой смех, вернуться назад, размахивая собственным аттестатом.

– Блин. У меня все очень и очень плохо! – и протянула мне.

– Оценки по целительству и цветоводству довольно высокие.