Рыжий, вперед!

– Благодарствуем, ваше высоко благородие. Каган Игорь Викторович? Извольте получить пакет. Распишитесь. – Увидев мое недоумение, добавил. – Опечатан особой печатью, мы должны убедиться, что не содержит запрещенных вещей. Таков порядок.

Расписался в бланке получения и взял пакет. На задней стороне и правда была сургучная печать особого отдела корпуса, нашего пятого Донского! Руки задрожали, даже стальная левая, сколько я уже их не видел… Из толстого картонного конверта вытряхнул на стол ректора еще один опечатанный пакет, банковский бланк и исписанный лист.

Схватил его и, сквозь почему-то расплывающееся изображение, разобрал строчки.

«Здравствуй друже наш, казак Игорь Каган! Велико рады были получить известие от тебя, что жив ты, хоть и ранен сильно. Рады что не пропал без вести, что и отписали твоей матушке, с уверениями, что не бросим тебя. Атаман наш, Ерофей Илизаров, до самого атаман-генерала дошел с известием о тебе, тот обещал во всем разобраться и прояснить где ты сейчас. На конверте мы обратного адреса на нашли, что и отсрочило наше тебе письмо.

С оказией шлем с генеральским пакетом и свое послание, прилагаем к оному именной чек, от всех наших казаков. С пожеланиями удачи и здоровья, сотник твой Дорофеев и все казачье общество.» Бережно свернул письмо и сложил в пакет, сунув его во внутренний карман. Захотелось выпить, чего-то крепкого, чтобы отпустил комок в горле.

– Второй пакет извольте распечатать. – Фельдфебелю не хотелось торопиться, но и засиживаться у столь важных особ опасно.

В пакете, запечатанном личной печатью генерала, были погоны хорунжего, грамота о присвоении звания, личная книжка с указанием об убытии в другую часть, номер был мне не известен, а также коробочка с георгиевской медалью и документами. На дне обнаружилась короткая записка.

«Игорь Викторович, поздравляю вас званием хорунжего и медалью. Уповаю на спасителя нашего, Иисуса Христа, желаю не посрамить честь нашу казачью на службе сотни Государевой. Граф атаман-генерал Семенов.»

– Разрешите идти, ваше благородие? – Фельдфебель, не дожидаясь пока его попросят, подхватился и повернулся к дверям, косясь на меня.

Ах, да! В каком чине гражданский еще разбираться надо, а тут погоны унтер-офицера, вот он и спрашивает у меня дозволения.

– Да, спасибо фельдфебель, свободны. – Проводил служивых взглядом и принялся собирать все обратно в пакет.

– Несколько неожиданно, придется кое-что править в документах, но это не столь важно. – Ректор откинулся в кресле.