Серебряные крылья. Буревестник

– Уважаемый Анатолий Иванович! Может кавы? – На лице промелькнула тень, но тут же исчезла. – Прошу прощения, я не представился. Суммельсан, троюродный племянник уважаемого семейства Питерсанов. Что я могу для вас сделать?

– Так что там со счетом?

– Ах, да! Вот, прошу!

Мне с поклоном протянули лист. Крупным, каллиграфическим почерком были выписаны столбцы с приходом, расходом и дебетом, итого двенадцать тысяч семьдесят три золотых… Я внимательнее вчитался в приход. Отчисления за использование оборудования. Это они устройства связи имеют ввиду? Я оглядел кабинет, что-то не видно факса, да и трубки телефона у управляющего нет.

– В ваше отделение факс не поставили?

– О!!! Я видел это чудо в офисе самого Питерсана, прекрасная вещь! Нам такой амулет не по карману, мы маленькое отделение. Чем еще могу быть полезен?

Мы мило побеседовали с управляющим, пока мне готовили наличные, узнал местные новости, положение в королевстве, чем занимаются подгорные гномы и как развивается банковская сфера, только кавы так и не дождался.

Уже спускаясь на первый этаж, услышал как выговаривает бородатый управляющий своей секретарше, которую я так и не увидел. Она принесла в кабинет каву!

В кармане позвякивали монеты, по ноге стучала шпага, жизнь налаживалась!

глава восьмая

Дилижанс остановился на знакомой площади и я отправился к госпоже Мадлен. Такие знакомые улицы, даже волнительно стало, как меня примут? Может давно забыли и другие жильцы выкинули мои вещи на помойку? Хотя мех шарха никто не выкинет, слишком огромная ценность у него, да и сам по себе хорош.

Вот и знакомая калитка в садик, звонко залился колокольчик, а я замер перед дверью в дом.

– Госпожа Мадлен! Там какой-то господин. – Из-за двери раздался девичий голосок. – Чего делать?

Раздался приглушенный шлепок, кто-то ойкнул и дверь открылась, на меня смотрела тетушка Мадлен. Секунду она водила по мне взглядом, потом всплеснула руками и вскрикнула.

– Благословенные Боги! Господин Анатоль! – Она потянулась ко мне и я не выдержал, обнял женщину.

 – Вернулись!

Женщина всплакнула, потом утерла слезы платочком и указала на дом.

– Заходите же! Сойка! Ну ка живо на стол собирай! – Меня потянули за рукав. – Да входите же, господин Анатоль!

– Тетушка Мадлен! Мы же договаривались, какой я вам господин!

– Я ведь верила, что вы вернетесь. Комнаты ваши в порядке, убирали, все на месте. Как я рада!

Из дверей столовой выглянуло остроносое лицо молоденькой девчушки.