Серебряные крылья. Буревестник

Вот только глаза явно выдавали не человека, слишком чужими выглядели вертикальные зрачки на медовой радужке.

– Здравствуй, Змей. – Я поклонился. Сам поклонился, без нажима, а признавая правоту старшего. – Такие мы, люди. Вспоминаем о Богах в тяжелые времена.

– Вижу, тяжело тебе. Попросить чего хочешь или?

– Или. Как вернуть магию не к тебе вопрос.

– Вернуть? – Змей хищно улыбнулся и лизнул себя раздвоенным языком. – Твое при тебе, да и магией то, что ты использовал назвать с трудом можно.

– Как это? Я же создавал конструкты, огнем швырялся!

– Ты? Ты только форму задавал, а создавал все перстень.

Поделка древних эльфов, уничтожившая своих создателей. Если интересует, прогуляйся в их цитадель света, вроде там еще кто-то обитает. Может в библиотеке и найдешь ответы на свои вопросы. Раз с магией вопрос не ко мне, то какой же вопрос ты мне приготовил?

Змей столько сарказма вложил, что мне и правда стало стыдно, недолго…

– Вопрос… – Вместо того, чтобы спросить о том, как вернуть память Лиссе, я вдруг спросил.

 – Можно ли любить несколько женщин одновременно?

– Конечно! – Змей раскрыл рот и было непонятно, улыбается он или угрожает. – Мать, сестру, дочь, их любят не меньше чем жену, а иногда и больше.

– Издеваешься? – Я уже пожалел, что спросил. – Потом спрашиваешь, чего это тебя забыли?

– Ох и груб ты стал, непочтителен. – Змей исчез и появился у статуи Богини Ночи. – Мужчина способен полюбить несколько женщин, как и женщина нескольких мужчин. Вопрос только в одном, уживутся ли.

Не восстанет ли Богиня Ночи против Богини Утренней Зари или Ласкового Солнца? Любовь способна не только рождать, но и перерождать, именно ее сила может уничтожить целую цивилизацию или возродить жизнь на планете.

– Понятно. Решать опять должен я сам.– Провел ладонью по лицу и успокоился. – Научи, как вернуть память Лиссе. После взрыва она совсем меня не помнит, а когда видит, то от боли чуть не кричит.

– Заблокирована память? Взрыв? Видимо ее тело было почти полностью уничтожено, раз не желает вспоминать ту боль, что пережило.

Обойти это возможно, только опять все тебе делать самому придется!

Змей похлопал меня по плечу и приобнял.

– Пойдем.

Мы шли вдоль туманной стены, где мелькали неясные тени, пока один из силуэтов не превратился в тень Лиссы. Остановившись напротив, Змей указал на туман.

– Твоя задача приблизиться и постараться войти. Оставь на входе примету, это может быть что угодно, главное чтобы ты ее не потерял.