Серебряные крылья. Буревестник

– Я хочу видеть Лисанну Серебряные Крылья!!! – Я наконец смог вырвать руки из креплений, меня оказывается удерживали какие-то тонкие веревочки и поднять руки. – Твою же…

Левая рука была почти цела, жесткие повязки покрывали ее полностью, а вот правая… Я тупо смотрел на культю чуть ниже локтя и никак не мог понять куда делась остальная часть? Почему я ощущаю пальцы и кисть, но не вижу их? Воспоминание ворвалось в сознание и я с ужасом глянул на следователя или адвоката, не важно!

– Лисанна! Что с ней? Жива? Да ответь наконец!!!

Палата поплыла перед глазами и я попытался ухватиться за край койки руками, но тут же получил такой заряд боли, что взвыл, а на глаза накатили слезы.

Рухнул обратно на подушку и промычал сквозь зубы.

– Что с Лисой, сволочь.

– Она в интенсивной терапии, сейчас ее жизни ничего не угрожает.

Ко мне наклонился врач и после нескольких манипуляций отошел, махнув рукой следователю, продолжайте.

– Довожу до вашего сведения, что установка любых расширений и дополнений сетей офицеров империи, вне специализированных клиник, незаконна и является уголовным преступлением.

Ваша позиция и аргументация мне ясна, но потребуется время на ее проверку. Советую не давать никаких показаний без моего участия. Вам все ясно?

Боль , вот что мне сейчас ясно. Боль волнами захлестывала и грозила утопить меня в своих мутных потоках. Я сквозь зубы процедил что все понял и сосредоточился на том чтобы не захлебнуться, выплыть из душного бреда, куда все глубже погружался.

– Заканчивайте. Вы и так проговорили дольше положенного, пациенту требуется отдохнуть перед следующей процедурой. – Врач снова наклонился ко мне и что-то впрыснул в шею. – К тому же он все равно ничего не сможет вам ответить…

Когда я наконец смог встать и пройти несколько десятков метров по коридору самостоятельно, прошло наверное несколько дней. Рука больше не болела, если конечно не приложиться ей об угол или стену, что я умудрялся иногда проделывать.

Меня даже перестал сопровождать санитар, ненавязчиво поддерживавший первое время, и я принялся осаждать начальника отделения.

– Я хочу видеть леди Лисанну! Если она в порядке, почему вы меня к ней не пускаете? – Розовое лицо этого коновала меня сильно раздражало, это его спокойное и невозмутимое самодовольство! – Спросите у нее самой, и вы тотчас меня пропустите!

Наверное моя настойчивость все-таки пробила эту броню и в какой-то момент он сдался.