Завещание ассасина. Первые три эпизода романа

Ассасин, понимая, что Хасан снова пытается обмануть, тем не менее, спросил:

– И давно вы этим промышляете?

– Давно, добрый господин, много лет.

– И ты тоже закоренелый вор? – Булат спросил Акбара.

– Да, да, господин. Мы вместе много лет, и всё воруем, воруем…

Ассасин сделал вид, что внимательно осматривает их обоих, а потом произнёс:

– Так значит вы оба воры!? Но поскольку я не вижу ни отрезанных у вас ушей, или отрубленных кистей рук, похоже, вы ребята опытные и ни разу к служителям закона не попадали? Так?

– Да, так, господин, – ответили оба одновременно, не понимая, к чему он клонит.

– Ну что ж, я вполне удовлетворён вашей искренностью и похвальной честностью, – сказал Булат пленникам, а потом, повернувшись к караульным, попросил, – Селим, не мог бы ты принести, что-нибудь вроде колоды, для рубки мяса?

Селим, молча кивнул, и отправился на поиски. Пленники насторожились. Но, ассасин, не оставляя их в недоумении, стал объяснять:

– Как капитан стражи, в присутствии этих уважаемых господ, которых я призываю в свидетели, – тут он указал на Юсуфа, Дина и Саида, – тщательно допросив вас, убедившись в ваших многочисленных преступлениях и в вашей неисправимости, согласно законам шариата и Османской империи приговариваю каждого из вас к отрезанию правого уха, отрубанию правой кисти и отсечению головы! И не беспокойтесь, как только Селим доставит необходимый реквизит, я с чистой совестью, собственноручно приведу приговор в исполнение.

Когда до разбойников дошёл смысл только что сказанного, они поняли, как сами себя заманили в ловушку, и с ужасом смотрели на своего судью и палача в одном лице. Тем временем, Селим, приволок солидный деревянный брус, напоминающий плаху. Увидев деревянную колоду, Акбар завопил во весь голос:

– Это Хасан и Ахмед-бек. Никакой я не вор. Я бывший солдат. Мне предложили работу, и я согласился. Я не вор, клянусь именем Пророка…

– Ну, не удивительно ли? Как быстро слово истиной веры обращает кяфира – язычника в правоверного? – заметил Булат.

– Никакой я не язычник… Я – мусульманин, шиит. Это остальные – безумцы. Поклоняются какому—то древнему богу, которого называют Ариманом. Свою секту называют – «Восхождение Аримана». Друг друга называют братьями… Вот я и повёлся… У меня ведь нет семьи… А тут, все тебе: брат, брат… – оправдывался Акбар.

– Сейчас же замолчи, несчастный.