Вхождение в Эдем

Внимание ИПЗР не передается, невозможно подарить, украсть или забрать, невозможно сломать. Имеет возможность одноразового изменения формы. Внимание! Для активации необходимо слияние с аурой носителя личности.

ИИ «Вселенная» желает Вам процветания на Эдеме»

Дочитав, я отложил письмо в сторону и уж было принялся вскрывать сверток, как услышал крик с улицы:

– Жеееняяяя. Кушааать идии. Тебя ждем! Жеееняяяя.

Вскочив, сунул сверток в карман, потом разберусь. Письмо прятать не пришлось, вместо него остался лишь пыльный силуэт на полу, сдув который я отправился в дом.

– Я тут. Всем здрасти!

Гости уже сидели за столом и увидев меня в разнобой принялись приветствовать. Полная женщина со звучным именем Жанна подкладывала еду худому болезненного вида мужичку, который постоянно смущался и отнекивался, но было видно, что голоден он изрядно. Павел Трофимович, как его звали, оказался типичным представителем интеллигенции, в моем понимании. Этакий инфантильный мужчина, прекрасно разбирающийся в творчестве писателей Серебряного Века, но не способный даже гвоздя забить, а уж про постоять за себя и подавно.

Сметливая Жанна, сделала свой выбор мгновенно, выбрав его объектом для заботы, хотя сидевшего напротив Матвея, это явно устраивало.

Третий мужчина был контрастом не только Павлу Трофимовичу, но и мне. Истинный русский богатырь, два метра ростом, широк в плечах. Большая деревянная ложка в его руках казалась чайной, а глиняное блюдо детской тарелочкой. Поймав мой вопросительный взгляд, Алиса виновато развела руками:

– Простите Матвей, крупнее посуды нету.

Вся стандартная, что утром выдала Корпорация. Но вы не стесняйтесь, берите добавку.

– Что ты, хозяюшка! Спасибо и тебе, и хозяину твоему за гостеприимство. А за стеснение не беспокойся, поскольку нету у меня такого. – Произнес Матвей голосом, который напомнил Левитана. Этот простой и открытый мужчина мне импонировал, потому и беседа за столом шла в основном с ним. О прошлой жизни разговор не сложился, да оно и понятно, вспоминать время вынужденного бессилия не каждый станет, поэтому негласно пришли к выводу, что подобные вопросы ни к чему.

А вот о жизни новой их хватало.

Жанна с восторгом поддержала планы Павла Трофимовича остаться в деревне и тихо-мирно вести уютную сельскую жизнь. Матвей же, заработав негодующий взгляд от женщины, лишь хмыкнул на подобное заявление. Он, как и я, свое будущее не связывал с этим поселком.